Поднявшись в комнату, где няня уже успела уложить спать её девочек, графиня в который раз почувствовала свою вину. Остановившись и присев на колени подле маленьких кроваток, молодая женщина ласково коснулась золотистых волосиков, с трудом сдерживая слезы. Как она могла быть такой жестокой? Эти крошки были самым драгоценным, что у неё было."

"Встав, она уже хотела отправиться прочь, но неожиданно крепкие руки обняли её сзади и в какой-то миг Катерине показалось, что она перестала дышать.

Мишель ласково привлёк её к своей груди, запустив пальцы в шелковистый водопад её волос, он нежно касался темно- каштановых прядей, поражая Катю всё больше. Какие-то неясные слова готовы были сорваться с её губ, но отчего-то графиня промолчала. Лишь крепче прижалась к мужу, прислушиваясь к ровному биению его сердца.

— Миша, — только и смогла прошептать она, разворачиваясь и утыкаясь носом в его грудь.

Она позже скажет ему то, что ныне была не в силах произнести, понимая, как глупо это будет выглядеть. Ведь в самом деле не последний же раз им выпадает такая возможность. «Позже», — счастливо подумала Катя, не подозревая, что беда караулит их совсем близко. Пока же графиня Акарчеева таяла в руках Мишеля, сходя с ума от его ласк, отвечая ему со всей страстью, на которую была способна.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Глава 27

Николас Уортон никогда не думал, что вновь окажется в дождливом и туманном Петербурге. Но вот уже третью неделю он гостил у своего нового знакомого, с которым успел подружиться, находясь в свой прошлый приезд в России.

Павел Вержбицкий оказался довольно приятным молодым человеком, привлёк герцога своими душевными качествами. Ник с умилением наблюдал за тёплыми отношениями, царившими в семье приятеля.

Молодая супруга и дочь были смыслом жизни Павла и Николас в который раз подумал о том, какой бы была его жизнь, успей он тогда найти Катерину.

— Ваша светлость, — вывел его из задумчивости нежный голос, принадлежащий супруге Вержбицкого, — вам что-то не нравиться? — с тревогой спросила она, посмотрев на его нетронутую тарелку. Сидя за трапезой Николас не заметил, как погрузился в свои мысли.

— Ну что вы, Элен, — поспешил успокоить её Уортон, — ваша кухарка готовит отменно, только боюсь у меня нынче нет аппетита.

— Боже, Поль это наша вина, — обратилась к мужу мадам Вержбицкая, — наше общество наверняка уже наскучило его светлости!

— Ну что вы, мадам, — с улыбкой ответил Николас, — ваше общество мне в радость, только, пожалуй, сегодня я не самый лучший собеседник.