Потребовалось укрепить дух еще двумя рюмками. Причем не закусывая.

– Дело плохо, – сказал он, громко втянув воздух ноздрями. – Попал я, Родион, в переплет. Не знаю, как выбраться…

– Какую аферу устроил? – спросил Ванзаров, хрустнув грибочком.

Миша виновато усмехнулся.

– Ну, ты какой… Не афера, деловой проект.

– Кого собирался обмануть?"

"– Что ты… Никакого обмана… Биржевая игра… Всем одна выгода. Должен был заработать честный процент… Отдать долги… А то карта последнее время совсем не шла…

Ванзаров закусил пирожком, очень недурным.

– Позволь, угадаю, хоть гадать не люблю, – сказал он, цепляя вилкой салат.

 – Ты нашел наивных и жадных биржевых игроков, которые боятся упустить выгоду. Предложил владельцам акций: их никому не нужные бумажки ты заставишь вырасти вдвое, а то и втрое. Биржевые дельцы будут рвать их, как горячие пирожки…

Тут Ванзаров прикончил один пирожок и взялся за другой. Уж больно вкусны…

Миша тоже выглядел приконченным. Даже забыл наполнить пустую рюмку.

– Уже жалобу подали? – печально спросил он.

– Жалобы пока нет. Логический вывод… Только один вопрос: кто предложил испытать изобретение Иртемьева на маклерах: ты или твой шурин?

Хованский мотнул головой, будто перед ним возник кошмар.

Хоть для привидений место и время не слишком удачные. Разве что привидения предпочитают пирожки с налимьей печенкой.

– Ты… Как… Это… Знал… – бормотал он. Пока не схватил графин, жадно через край налил коньяк и выпил залпом. – Ладно, скрывать нечего…

История оказалась вот в чем.

Месяца три назад Иртемьев в приподнятом настроении сообщил, что его опыты дали положительный результат.

Изобретение близко к завершению. Суть открытия довольно проста. Иртемьев вернулся из Парижа с идеей: раз мысли можно фотографировать при помощи биометра доктора Барадюка, то должен быть способ помещать чужие мысли в голову человека. Для чего нужно изобрести аппарат на основе биометра, который засаживает в голову посторонние мысли. Для начала надо научиться передавать простейшие мысли, возбуждаемые инстинктами. Самый простой инстинкт – страх. Иртемьев проговорился, что ему удалось довести до состояния страха некоторых испытуемых. Сидели они с Хованским у него дома, Иона Денисович разоткровенничался на хмельную голову. После чего как воды в рот набрал… Миша тоже помалкивал, как родственник и честный человек. Но недавно познакомился с биржевиками. Некий господин Обромпальский рассказал, что крупные игроки больше всего боятся упустить акции, которые ничего не стоят и вырастут в цене. Они как раз выпустили на биржу акции своего предприятия, занимаются поиском нефти в южных губерниях. Акции никому не нужны, падают в цене.