По всем законам я обязана испытывать облегчение от того, что Десмонд сейчас страдает. Как страдала я. Но почему-то вместо этого в моей груди что-то свербит и ноет. Со мной точно не все в порядке.

Я забегаю в женский туалет и судорожно открываю кран с холодной водой, поставив под струю руки.

Черт возьми, за эти три дня, пока я не видела Десмонда, я столько раз прокручивала в голове наши встречи. Придумывала для него множество язвительных фраз. Представляла, как буду наслаждаться, если он будет испытывать боль.

Но в реальности все оказалось иначе. Меня глубоко ранит, когда я вижу отчаявшегося и поверженного Десмонда. И это меня пугает.

Вцепившись в края раковины, я смотрю на свое отражение, заметив, как позади меня открывается дверь. В туалет заходит Грейс и приближается к соседней раковине. Нажав на дозатор с мылом, она не сводит глаз с зеркала. Ее взгляд обращен на меня.

— Лазарро, — она произносит мою фамилию с толикой отвращения. — Уж не думаешь ли ты, что мои братья подрались из-за тебя?

Что? Я непонимающе смотрю на Грейс. Я догадываюсь, что братья отметелили друг друга. Но у меня не возникло ни единой мысли, что я стала причиной их драки.

— Я так не думаю, — отвечаю, стараясь сохранить спокойный вид.

— Дес и Кэш никогда не позволяли другим видеть, что между ними существует вражда, — Грейс открывает кран и с особой тщательностью принимается мыть руки. — До сегодняшнего дня.

Она не произносит обидных или оскорбительных слов. Однако по ее пренебрежительному взгляду, жестам и манере вести разговор, становится ясно, что она настроена ко мне крайне недружелюбно.

— Ты вздумала поссорить между собой Деса и Кэша, — холодным тоном продолжает говорить Грейс, со старанием промывая ладони. — Не знаю, чего именно ты добиваешься. Но уверена, что у тебя ничего не получится.

— Я не добиваюсь этого. И не хочу, чтобы Десмонд и Кэш ссорились.

— Они обязательно помирятся и станут друг за друга, как раньше. А ты знаешь, что будет с тобой?

Я растерянно гляжу на нее, не имея понятия, как мне реагировать на ее нескрываемую злобу."

"— Братьям надоест играться с тобой, и ты станешь посмешищем. Тупой шлюхой, бегающей от одного брата к другому. В академии и так все считают. Просто сейчас никто не осмелится сказать тебе это в лицо. Потому что они боятся Аматорио, — Грейс закрывает кран с водой и тянется за бумажными полотенцами. — Но когда Десмонд и Кэш бросят тебя, твоя жизнь превратится в настоящий ад.

От резко накатившего возмущения мои щеки начинают пылать.