Вспышкой рыжеватого меха крупная кошка, уклоняясь от ядовитых жал, заскочила на скалу, отведя нескольких скорпионов прочь. Когда одно из мечущихся жал собиралось проткнуть шкуру Мрра, Бэннон, размахнувшись мечом, отсек сегментированный хвост. Затем он проткнул твердую оболочку скорпиона и отбросил умирающее существо на двух подошедших Пыльных людей.

Рыча, Мрра вновь бросилась в драку, поскольку к Никки приближалось все больше высушенных трупов, пока та пробивалась ближе к Пьющему жизнь.

Злобный чародей подернул руками, направляя своих миньонов. Пыльные люди поползли из укрытий ссохшейся земли.

Времени у Никки оставалось немного.

Впалый взгляд Пьющего жизнь встретил ее холодные голубые глаза.

— Пожалуйста… — сказал он. — Я знаю, что причинил столько вреда, вижу, что я натворил, но не могу это остановить! Я просто хотел жить, хотел остановить болезнь, крадущую из меня жизнь. Я не желал этого проклятия.

Он поднял обе руки, стиснув свои когтистые пальцы в твердые, костлявые кулаки. Его тело вздулось вместе с темной пульсацией энергии, и Никки ощутила нахлынувший поток изнурительной слабости, которая чуть не свалила ее на колени.

— Я не знаю, как это прекратить!

— Если ты нашел в себе силу призвать такое, — сказала Никки хриплым голосом, — тогда сможешь найти способ остановить поток, стянуть рану, ведущую мир к смерти. Найди это в своей душе.

— Я уже давно выпил свою душу. — Его голос от отчаяния стал пустым. — Все, что осталось от меня, — это нужда!

Когда по Роланду снова пошла рябь, Никки поняла, что магия овладела им полностью. Заклинание само по себе стало живым существом.

Несметная армия Пыльных людей неуклонно наступала. Все больше ядовитых скорпионов застучали конечностями по валунам, устремившись к Никки.

Бэннон сражался в неистовом безумии. К этому времени он превратился в старика с немногочисленными седыми волосами, но все равно защищал Никки всеми силами, давая колдунье возможность сделать ход. Песчаная пума также выглядела постаревшей, ее мех покрылся пятнами парши, но клейменые формы заклинаний, казалось, защищали Мрра от смертоносного аппетита Пьющего жизнь.

"На самой Никки проявилось множество признаков старения: ее руки, отмеченные старческими пятнами, покрылись спутанной сетью вен, кожа потеряла здоровый цвет. С каждым шагом она чувствовала себя так, будто сражается с ветром времени, старостью и слабостью.

Позади нее Пыльные люди окружили Бэннона, но тот продолжал сражаться, разрубая их на части, хотя врагов было слишком много. Мрра нырнула в бой, пытаясь защитить фехтовальщика, но подступила новая армия скорпионов, с жалами, истекающими ядом.