Принять внешнее притяжение и восхищение его личностью и поступками за нечто большее. Создать в голове такой же идеальный образ, не имеющий связи с реальностью, как и он сам когда-то.

А ведь Рендал больше, чем кто бы то ни было, понимал, насколько далек от идеала. Он обычный человек со сложным и противоречивым характером и своими заморочками. И уже то, как она восприняла в штыки соприкосновение с одной из сторон его натуры – недоверчивой и привыкшей все тщательно взвешивать – показало лучше всего, что принять его таким, как есть, Тани не готова. Ей нужен благородный рыцарь в сверкающих доспехах, наивный до идиотизма влюбленный идиот, готовый абсолютно все простить и принять.

Но Рендал таким не был.

Может, Тани права была, когда напоследок сказала, что у них ничего не получится? Только вот одна мысль об этом заставляло сердце ныть от тянущей боли. Так, словно ему предлагали отрезать часть себя и убеждали в том, что так будет для него же и лучше.

Не лучше. Он понимал это прекрасно, вспоминая, как тяжело было без нее все те недели, когда сам решил держаться в отдалении. И отказываться от Тани сейчас, когда в полной мере осознал, что она нужна ему даже такая, со всеми своими тараканами и завышенными ожиданиями.

Но он даст ей время разобраться в самой себе и повзрослеть. И в то же время не станет скрывать, что заинтересован в ней. Приняв решение, Рендал немного успокоился и тоже покинул яхту. Этот безумный день, насыщенный столь разнообразными впечатлениями и эмоциями, безумно его вымотал.

ГЛАВА 9

Следующие два дня я упорно избегала Рендала. Конечно, нелегко это делать, когда речь о собственном кураторе и преподавателе, но я пыталась. На занятиях Рендала упорно смотрела куда угодно, только не на него.

Когда же видела где-то в коридоре, поспешно сворачивала в другую сторону. И что самое обидное, он даже не пытался перехватить меня, спровоцировать на разговор. Лишь смотрел с понимающей улыбкой и затаенной теплотой, от которой я еще больше чувствовала себя неразумным ребенком. И это безумно злило.

Хотя больше всего то, что сознавала – вполне возможно, что так и есть. Полезла к нему с ненужными признаниями в любви, требовала взаимности, позабыв о том, как между нами все сложно.

А ведь когда дело доходило до других – к примеру, той же Арлас и ее отношениях с Даном – давала советы и искренне не понимала, почему эти двое не видят очевидного. Того, что им всего лишь нужно поговорить начистоту и, отбросив гордыню и прошлые обиды, выяснить все между собой. Сама же почему-то это сделать не могла. Наверное, из-за того, что было слишком стыдно за собственное глупое поведение.

Если бы не тот эмоциональный взрыв, какой испытала в тот день, ни за что не повела бы себя так несдержанно и бурно.