И жалею только об одном, что на часть вопросов не получу теперь от него ответов.

— Олег… — я попыталась отвернуться от него, но он мне не дал этого сделать.

— За эти два года много всего произошло, Лера. Да, я больше не тот Олег, которого ты знала раньше. Вижу и для тебя тоже не прошло даром это время… — его пальцы спустились вниз и он погладил мою шею.

Если проведет еще ниже, дотронется до шрама, который остался после операции, а я его очень стеснялась. Он выглядел не таким страшным, как в первые два месяца, но теперь всю одежду я носила без выреза.

— Сейчас тебе необходима помощь и моя поддержка. У меня нет намерения причинять вам боль. И я никуда не исчезну из вашей жизни, потому что в том, что происходит между нами есть и моя вина.

По моим щекам потекли слезы. Мне было больно, очень больно ото всех его слов. И что самое ужасное… я тоже чувствовала в чем-то свою вину. Мои приоритеты давно изменились, теперь на первом плане был ребенок. Именно Даня занимал все мои мысли, и я действительно какое-то время думала, что Олегу он будет не нужен. Но теперь могла ли я думать только о себе, когда бывший муж хотел быть в жизни нашего сына и имел на это такое же право, как и я?

— Хорошо, Олег, — произнесла я спустя долгую паузу.

 — Мы поедем с тобой. Но это все ради него. И жить вместе я по-прежнему не согласна.

20

— Я возьму ребенка, — сказал Олег, когда я потянулась руками к сыну. — Роман, поможешь Валерии подняться в квартиру, — бывший муж перевел взгляд в сторону водителя, а тот коротко кивнул и подошел ко мне.

Я отошла в сторону и позволила Олегу взять сына. Мне по-прежнему сложно было свыкнуться с мыслью, что я дала свое согласие и приехала с ним в Москву.

Всю дорогу я боролась со сном. Ночь выдалась бессонная, Даня вскоре снова проснулся, и мы решили больше не укладывать его. Я собрала вещи на первое время, и мы отправились в путь. Сейчас я бы с радостью поднялась в квартиру, приняла горизонтальное положение и проспала до вечера, а то и утра. Сил не было даже стоять на ногах.

На улице приятно пахло дождем и прохладой. Я подняла голову, рассматривая элитную многоэтажку, — от жизни в большом городе я отвыкла и давно уже не стремилась сюда вернуться.

Правильно говорят никогда не говори «никогда». В моем случае прошло не так уж много времени. И несмотря на то, что силой меня сюда никто не вез, и я сама дала свое согласие Олегу на переезд, ощущала внутри неподъемную тяжесть. Словно себя предала, а ведь зарекалась больше никогда не впускать этого человека в свою жизнь.

Мы вошли в подъезд, поднялись на лифте на десятый этаж и остановились у дверей в квартиру, в которой теперь будем жить с сыном.