— Спасибо, Галина Дмитриевна, за хлеб, за соль…

Осколова только что закончила отчитывать дочь:

— Пожалуйста, Максимушка. А ты куда – уже отрабатывать?

— Отрабатывать. Раньше сядешь – раньше выйдешь. Скорей бы уж моя командировка!

Максим, наскоро собравшись, вышел за дверь. Катя ждала, что на этом совещание и кончится, но Галина Дмитриевна, как хозяйка, не торопилась никого выпроваживать. Но и к теме расследования не возвращалась: она уселась за обеденный стол и начала рассматривала свой маникюр – точнее его отсутствие. Видимо, ждала, когда Катя уберется и оставит ее с Вагановым наедине.

Ну ладно.

— Юрий Николаевич, вы мне сумочку не подадите? – поинтересовалась она. — За вашей спиной.

Ваганов, конечно, подал. Понимая, что и он, и Галина Дмитриевна невольно на нее смотрят, Астафьева вынула скляночку с герленовской «Самсарой» и аккуратно нанесла каплю дурманяще сладкой жидкости в ямку межу ключицами. А потом чарующе улыбнулась:

— Юрий Николаевич, вы меня домой не отвезете? А то уже темно совсем.

— Ко… конечно, — Ваганов с готовностью поднялся, но Галина его притормозила.

— Юрий Николаевич вас обязательно подвезет, только он мне сначала поможет посуду помыть.

Катерина взглянула на чистые, так и не тронутые чашки и милосердно кивнула:

— Я пока на улице воздухом подышу."

"— Это что сейчас было? – Галина с преувеличенной брезгливостью разгоняла рукой ванильный шлейф, оставшийся в кухне после Астафьевой. – И давно ты ее до дому подвозишь?

— Галь, я сам не пойму, что на нее нашло. Вроде нормально сидели, разговаривали…

— Я тебе могу подсказать, что на нее нашло. Вертихвостка! Пошли ее к чертовой бабушке, и дело с концом.

— Не могу, — мученически поморщился Ваганов. Еще раз посмотрел на дверь и заговорил чуть тише: — Я ведь тебе уже рассказывал, что произошло, когда мы того киллера задерживали. В марте. Ее чуть не пристрелили там – из-за меня! Потому что мне лишняя звездочка на погоны нужна была! – отчаянно, а оттого снова громко закончил он. — Не могу я теперь просто взять и послать ее к черту!

Галина слушала его недоверчиво и с легким замешательством:

— Так ты поэтому ей место следователя предложил? – догадалась она.

— А куда мне было деваться, если она прямым текстом мне сказала, что из-за той истории потеряла работу?! — Еще отчаянней продолжил Ваганов.

Но тут же собрался и вернул свой обычный невозмутимый тон: — И вообще – что за разговоры? Я – начальник! Захочу, вообще с улицы кого-нибудь возьму, с кулинарным техникумом…

Галина только усмехнулась: Юре она, конечно, сочувствовала, но ситуация ей казалась глупой.

— Юр, я вообще-то по другому поводу с тобой хотела поговорить, — снова посерьезнела она. — Я хочу сама довести до конца это дело.