Автор довольно убедительно доказал, что, во-первых, из Казахстана в Санкт-Петербург везли не чай, а готовый к перепродаже героин, а во-вторых, господин Караваев был в курсе этого, и сам инсценировал нападение на фургоны. Журналист рассказывал правдоподобно, словно видел все своими глазами, всю схему объясняя шаг за шагом.

Статья вышла двадцать шестого мая, а вечером того же дня Караваев застрелился, не дожидаясь расправы.

— Вот такие пироги с котятами… — закончил Максим. – Интересный факт: застрелился Караваев из пистолета системы Макарова, калибр которого девять миллиметров – как и в случае с Черных.

Вывод?

Он снова обвел взглядом кабинет: Галина, с чайником на коленях, сидела растерянная – вплетение в ее уголовное дело питерских бандитских группировок и пропавшего героина ее отнюдь не радовало. Ваганов задумчиво почесывал макушку, а Катя, широко распахнув глаза, переводила взгляд с одного следователя на другого.

— Так какой вывод? – с азартом продолжил Федин. – Нужно срочно ехать в Санкт-Петербург, запрашивать официально все материалы по Караваеву и смотреть, что там был за пистолет. И если их «Макаров» подойдет к нашим пулям и гильзам… — он просиял.

– Кроме того, мне Овцын уже шепнул, что в ванной на квартире Черных нашел четкий отпечаток ладони: убийца смывал кровь и голой рукой цапнулся за краник, а потом, видно, перчатки догадался надеть – в комнате ничего подобного уже нет. И еще, — не унимался он, — по поводу турагентства: в Новосибирск Черных билетов не брала, а вот в Санкт—Петербург – брала! Двадцать седьмого апреля вылетела туда, а двадцать девятого вернулась обратно.

Галина поставила чайник на стол, поднялась и демонстративно поцеловала Федина в рыжую шевелюру:

— Золотая головушка! Подчищай свои текущие дела и поедешь в Питер.

Чуешь, Юрик, чем пахнет?"

"— Чую, Галина. Сказал бы я тебе, чем пахнет, да при женщинах таких слов не употребляют. Если к этой твоей истории, Максим, пристегнуть ещё то, что Черных – журналистка, и если вспомнить статью, которую про Караваева написали, то совсем тошно становится. Ну не люблю я, ребята, когда на Питере с Москвой все завязано! — сморщился Ваганов. — Такие дела в принципе никогда не раскрываются – только по башке за них получают… Надо бы дело твое, Галя, на учет в Областной СК ставить – может, возьмутся, убитая все-таки журналистка.

— Бывшая журналистка, — поправила Осколова. — Не возьмутся они, Юр. Хотя завтра у меня пресс-конференция по делу Черных – попробую что-нибудь сделать. А в Петербург ехать все равно придется.

— А я что спорю? Езжайте. Только проблем новых вместо раскрытия постарайтесь не привезти…

Тут Катя, уловив краем глаза какой-то движение в прихожей, откинулась на стуле и вытянула шею.

«Кошка, что ли?» — подумала она.