Сдвиг по фазе начинается с малого, первые признаки могут выглядеть даже забавно, но... Здесь обстановка нервная, вдруг ему станет плохо, и он совсем рехнется? Ты следи, ладно? И сразу зови врачей.

— Да что случилось-то?!

— Ну... Он такой джентльмен. И вообще очаровательный. А утром попытался украсть мои трусы.

Леха подобрал челюсть. Утер пот со лба рукавом, свернув набок бейсболку. Поправил ее, вернул камеру на место.

— Красные? — спросил он деловито.

— Так, — сказала Элис. — И этот туда же.

— Нет! Вовсе нет! Послушай...

— Пойми меня правильно, ничего не имею против фетишизма, очень милая и трогательная сексуальная практика, но воровать-то зачем?!

— Да нет же!

— А-а.

.. Тоже не любишь квиров? Мне стыдно, но ничего не могу с собой поделать, тошнит от них. Видимо, я слишком натуральная, иногда это так мешает в работе, прямо хоть гормоны вкалывай.

— Да нет же! — рявкнул Леха в полный голос. — Ты — валькирия!

Элис озадаченно притихла.

— Не фетишизм, а бизнес-план! Местные предлагали что угодно за твои красные трусы. Женское белье нужно колдунам для джу-джу. Ну, для волшебства. А ты — валькирия. Твое белье вообще крутое.

Понятно?

— Понятно. У меня трусы волшебные. Долбаные извращенцы.

Она явно хотела что-то добавить, и, судя по выражению лица, крепкими словами из военного лексикона, но вдруг «бинокль» тонко пискнул.

— Ничего себе... Ты тоже это видишь?

— Где?

— Девять точка ноль семь один. Семь точка четыре девять девять... Ой, ладно, возьми в рюкзаке планшет. О-бал-деть...

Леха навелся по координатам и понял, что его условно гражданская оптика на такой дистанции «возьмет» картинку только под последующую обработку, а прямо сейчас он не разглядит и половины интригующих мелочей, в которых вся суть.

Запустив руку в рюкзак, он нащупал пистолет, гидратор, воки-токи, упаковку сухого пайка — а в Миллениум Парке, неподалеку от «Хилтона», шло тем временем такое шоу, что Элис охала да ойкала, — и только когда Леха недовольно заворчал, ему попался свернутый в рулон планшет.

Он впился глазами в изображение.

Гламурный «парк культуры и отдыха» сгорел в ходе конфликта и оказался вдобавок здорово перепахан — понятно теперь, почему. Сюда Великая Мать водила свое железное воинство на прогулки; и не исключено, что именно здесь у Йобы излюбленная огневая позиция.

Этот пятачок не виден из жилых районов, его не достать стандартными калибрами частников. Зато Йоба, гуляя по парку, контролирует добрую половину города. А если надо больше, ей рукой подать до площади у Национальной Ассамблеи; быстро отстреляться и так же быстро уйти под защиту высоких стен парламента. Ей тут все близко, все удобно и везде безопасно.

Но сама она, конечно... М-да.

«Я огляделась по сторонам, прикинула, какое железо есть в наличии, и начертила лафет», — говорила Вик.