Кстати, подумай, был бы я оперативником — позволил бы злодею так непочтительно обойтись с моей физиономией?

— Ну, значит, у тебя и враги крутые. По себе подбираешь.

— Ага, враги мои...

«Алкоголизм и идиотизм!» — едва не ляпнул он.

— Слушай, хватит меня смущать, честное слово. Я рядовой клерк Института, из отдела углубленных исследований. Научный сотрудник, которого выгнали в поле, чтобы у него не атрофировался опорно-двигательный аппарат. Обычная практика, нас так всех гоняют. У кого еще не атрофировался.

— Правда? — она лукаво улыбнулась.

— В гостинице наверняка есть Библия, могу руку на нее положить.

— Да ты еще и хитрец! Вы же, русские, не клянетесь на Библии...

Леха смотрел на нее и радовался. Никакая не звезда, совершенно нормальная молодая женщина. И зачем вы, девочки, выбираете войну?

— Хорошо, могу поклясться на значке Института. Меня послали в Африку потому что таких, как я, много, и нас не жалко. Кто-то должен ходить по убитым городам, почему бы и не клерки. Попутно мы разминаем ноги и отрабатываем навыки выживания. Это ответ?

— Не сердись, — она припала глазами к окулярам, чуть нагнувшись, и Леха не отказал себе в удовольствии пристально рассмотреть ее сзади.

Эталонная фигура, хоть в музее выставляй. Произведение искусства. И человек, похоже, славный, с ней будет легко подружиться. Не для работы, для себя.

— Вовсе не сержусь. Только хочу чтобы ты верила, когда говорю правду.

— А когда неправду?..

— А зачем я буду врать? Мне это даже по инструкции не положено, ни в Институте, ни как оператору «Свободного Радио Никосии». Тем более, я по умолчанию младший в группе, без права выпендриваться. За меня шеф, — Леха не удержался от ехидной многозначительной паузы, — .

..разговаривает с людьми.

Элис оторвалась от своей техники и посмотрела искоса, как ему показалось, оценивающе.

— Твой начальник... — протянула она. — Немножко того, а?

— В смысле?.. По-моему, вполне нормален. Мы ходили в пешую разведку по городу, и он вел себя... — Леха на миг задумался. — Да в общем отлично. А что?

— Ну, значит, у него только с этим проблемы.

— Э-э... Пардон, я верно тебя понял?

— Ага.

— Надеюсь, мне не придется бить ему морду, защищая честь прекрасной дамы?

На соседнем континенте, в более цивилизованной обстановке, такая реплика мигом повлекла бы обвинение в гендерной дискриминации.

Но на войне, слава богу, другие правила игры. Может еще поэтому девочки выбирают войну? — пронеслось в голове. Не ехать же им всем в Россию, где тоже... В смысле гендера — как на нормальной современной войне. Русские мальчики любят девочек и не стесняются вести себя по-рыцарски, пусть не всегда умело, зато от души.

Элис шутливо ткнула его кулаком в плечо. Оценила, значит, комплимент."

"— Расслабься, храбрая офисная крыса. Просто будь повнимательнее к шефу.