Потом их заменила дорогущая металлокерамика, а привычка осталась. Недаром гласит мудрая поговорка: «Можно вытащить девушку из деревни, но нельзя вытащить деревню из девушки…»

— Видин — человек козырный: он всех знает, его все знают, уважают… Только этот вопрос ты сам можешь решить, без всякой администрации!

— Это каким же образом?

— Очень простым. У тебя же есть на примете одинокие алкаши, которые живут в приличных квартирах? Или старушки без родственников? Надо, чтобы Денис оформил с кем-то договор пожизненной ренты или содержания с последующим завещанием жилья.

И все дела!

Машка снова засмеялась. Громко и вульгарно.

«Интересная тема, — подумал Видин. — У сеструхи башка работает! Надо будет заняться… А ведь действительно, довольно просто можно вымораживать квартиры. А потом и продавать… Довольно неплохой бизнес можно наладить…»

— Ну, что скажешь? — спросила Машка.

— Вопрос нуждается в проработке, — уклончиво ответил брат. — Я им займусь. Как только что-то прояснится, я с тобой свяжусь. Договорились?

— Спасибо, Саша! — просияла Машка. — Давай опять за тебя выпьем!

* * *Звягинцев сидел у себя в опорном пункте и писал справку о профилактике бытовых преступлений, когда в кабинет без стука вошел старший лейтенант Черемхов, широко улыбаясь белозубой улыбкой.

— Как дела, Сергей? Ты у нас стал передовиком! Завидую. Теперь шеф за меня взялся: раскрывай да раскрывай!"

"Раньше Черемхов Сергею не нравился: скользкий тип, глаза бегают, путается без дела под ногами: то к одному подойдет, то к другому — вроде всем друг. А на самом деле что-то вынюхивает… И многое другое в милицейской работе ему не нравилось. Полная зависимость от начальства, обуславливающая безоговорочное подчинение, подмена бумажной отчетностью реальной работы, очковтирательство, наплевательское отношение к обычным гражданам, приходящим за защитой…

После случая с Ивановым что-то в нем надломилось, он изменился и стал совсем другим человеком.

Теперь он по-другому смотрел на происходящие события и окружающих его людей. Надо или увольняться, или становиться таким, как все. И Черемхов уже не вызывал неприязни — парень как парень, коллега, офицер, ничего плохого ему не делал… За что его не любить?

— Где и как кормишься, Сергей? — с порога начал гость.

— В «Трех собаках», — ответил Звягинцев. — Я сегодня уже обедал.

Коллега рассмеялся, даже за живот схватился.

— Да я не о том. С чего живешь?

— С зарплаты. Ты что, занять хочешь? Так у меня и нету… Пришлось эксперту коньяк купить, чтоб быстро справку сделал, да еще бес попутал: занял у ребят и напился…

Черемхов перестал смеяться и сочувственно посмотрел на Звягинцева.

— Машина есть? Квартира? Жене шубу купил?

— Откуда? — тот развел руками.