Хотя, конечно, попадались и тупоголовые бакланы..."

"Игнат зашел в камеру, бросил матрас на свободный шконарь. У него напрочь отсутствовало какое-либо желание с кем-то разговаривать. Тем более здороваться, представляться. Да и случай не тот, формальности сейчас не канают.

Зато кое-кому захотелось побакланить.

– Ты откуда такой взялся? – спросил его крупного сложения лопоухий парень.

Смешные уши, а само лицо – чисто смехопанорама. Но Игнату не до смеха. Ему бы приземлиться, полежать немного пластом, собраться с мыслями. А тут, похоже, рамс назревает.

– Ты чо, не слышишь? – начал заводиться лопоухий.

– Митяй, да оставь ты его! – одернул его дружок.

Но тот не успокаивался.

– Ты чо, не въезжающий, в натуре? – продолжал он донимать Игната.

Только все его базары пролетали мимо ушей.

– Не, ну ни фига себе! Тебе чо, впадло со мной базарить? – вскипел лопоухий.

Игнату хватило одного взгляда, чтобы определить его статус. Натуральный баклан из тех, кто о тюрьме знает лишь понаслышке, но уже усвоил якобы главное правило арестантского быта – сила решает все. И невдомек ему, что сила без ума на тюрьме не пляшет. А если пляшет, то недолго...

Игнат смерил баклана презрительным взглядом, встал со шконки, но вовсе не для того, чтобы разговаривать с ним стоя. Захотелось отлить.

На «дальняке» вонь. Видать, некому унитаз драить. Полная антисанитария. Ну да ладно, это, в конце концов, не люкс в пятизвездочном отеле.

Игнат сбросил балласт, повернулся, чтобы идти к своей шконке. Но на пути стоял детина с тупой лопоухой физиономией.

– А я тебя знаю! – хищно прошипел он. – Ты, типа, «новый русский», да? Типа, бизнес у тебя, да? Фирма своя. Типа, хозяин – барин. А мы для тебя быдло, да? Базарить с нами впадло, да? Только ты не в офисе своем, понял? А я не твой работяга, понял?..

– Все сказал? – устало, но твердо спросил Игнат. – Если все, отвали!

– Не, пацаны, ну вы смотрите, совсем буржуи обнаглели! – обращаясь к своим дружкам, прогудел баклан.

– Ага, совсем нас за людей не считают! – вякнул кто-то.

– Не, ну ты слыхал, буржуй, чо народ говорит? – взбодренный поддержкой, взвыл детина. – Люди – мы! А ты – тьфу!

– Это ты, что ли, человек, – ухмыльнулся Игнат. – Баклан ты дешевый, шнырь помойный...

– Чо ты сказал? – вскипел парень.

Яростный порыв швырял его на обидчика. Похоже, он уже собирался схватить Игната за грудки, но тот остановил его одним только взглядом. Режущий взгляд, тяжелый и непробиваемый, как железобетонная плита. И смертельная угроза, как тот быстродействующий яд – она мгновенно передалась на расстояние, проникла в кровь баклана, напитала свинцовой тяжестью его волю...

Игнат не просто смотрел на грубияна. Он выкручивал его взглядом наизнанку. Когда выкрутил, сказал:

– Займешься работой. – Он показал на «дальняк».