А вот я смогу доказать, что ты на меня клевещешь...

– Ну это мы еще посмотрим, кто что докажет.

– Да, жаль, что с не той ноты разговор взят, – мрачно усмехнулся мент.

– А я с тобой тут песни петь не собираюсь. И ты соловья не заливай. Говори, что нужно, и отвали. И без адвокатов больше не приходи...

– Зачем адвокаты? Не нужны адвокаты. Дела-то нет. Защищать тебя не от чего...

– То есть? – удивленно повел бровью Игнат.

– Экспертиза признала изъятое у вас оружие непригодным к применению. Боек был спилен...

Игнат ничего не сказал. Он просто рассмеялся. Весело, от всей души.

Похоже, мент понял, что перегнул палку. После той разводки, которую он провернул с Игнатом, он не должен был закрывать его. Взятка имела место быть, а значит, могла быть предана огласке. Тогда менту крышка. А чтобы Игнат молчал, он решил вернуть ему свободу. Для этого и спилил боек с ударника пистолета, который сам же ему и подложил... Да, хитер жук. Подлый, уродливый жук...

– Ты не понял меня, Бурлак... – Мент намертво вцепился в Игната прочным как сталь взглядом-крючком. – Боек был спилен еще до того, как он оказался в твоей машине.

– И как он там оказался?

– Давай опустим этот момент.

Всем своим видом мент давал понять, что ствол попал в машину по его злой воле.

– Зачем он там оказался?

– А это уже вопрос по существу... – хищно осклабился мент.

При всех своих недостатках он обладал железным характером, мертвой хваткой, дух гнилой, но сильный. Игнат видел в нем серьезного противника. Но тем сильнее хотелось схлестнуться с ним в смертельном поединке.

– А ведь я даже не представился тебе, Игнат Алексеевич. Павел меня зовут. Фамилия Нахальцев...

Игнат с трудом удержал внутри себя всколыхнувшиеся эмоции.

– Ну и что? – внешне невозмутимо спокойно спросил он.

– Ты должен знать меня.

– Знаю.

Это и был тот самый мент, который подло влез в доверие к Виоле, тем же способом забрался к ней под одеяло. И «крышу» ей поставил...

– Нехорошо как-то получается, Игнат Алексеич, – зловеще сверкнул взглядом Нахальцев. – Виолетта уже не твоя жена, почему ты мешаешь ей жить?

– Это мое личное дело.

– И мое тоже!.. Виолетта свободная женщина. И она имеет право жить, как ей угодно.

– И что ей угодно? – мрачно усмехнулся Игнат.

– Жить со мной ей угодно. Со мной и под моей опекой.

– А кто ты такой?

– А ты должен был понять, кто я такой. Я для этого сюда тебя и отправил... Это всего лишь предупреждение, Бурлак, всего лишь предупреждение... Если ты ничего не поймешь, то в следующий раз отправишься за решетку надолго, лет на пять-шесть... Поверь, для меня нет ничего невозможного...

Игнат нутром чуял, что эта ментовская гнида способна на любую подлость. Он в самом деле особо опасный элемент. К тому же он не один, под ним целая ментовская команда.