Им нужно дать возможность увидеться.

Эти слова дались мне с тупой ноющей болью.

Нет, я не хотела верить в то, что все может закончиться трагедией! Отгоняла от себя эти мысли и буквально проклинала за само их существование!

Но и не могла признаться в том, что еще была большая надежда на то, что память Аметиста встрепенется, когда он увидит тех, кого любил. И кто любил его.

— Куда? — Ридли кинулся к дивану, когда Килан поднялся, накидывая на обнаженный стройный торс черную куртку, и оттолкнул от себя руки Дилана, что пытался не позволить ему сделать это.

— Должен же кто-то следить за обстановкой, — буркнул мужчина, пятерней зачесывая свои растрепанные иссиня-черные волосы. — Никто из вас не увидит того, что я увижу.

— Кил, мы сами разберемся! — рыкнул Здоровяк, на что мужчина только отмахнулся снова, твердо направляясь к выходу и даже не оборачиваясь на отрывистый тяжелый вздох Дилана.

— Рид! Прикажи ему!

— Не могу. Килан прав. Никто из нас не сможет даже забраться так высоко, как делает это он.

Честно говоря, я тоже переживала за этого сумасшедшего отважного Килана, теперь подозревая, что его характер далеко не сахар и явно не самый покладистый. Зато отваги и огня было не занимать.

— Прикрою эту чертову пташку на тот случай, если он все-таки потеряет сознание и свалится.

Сайбер вышел тоже, но, по крайней мере, дождался того, что Рид кивнет в ответ.

Здоровяк остался на своем посту у окна, только нацепил на ухо что-то. Видимо, для переговоров с теми, кто вышел из дома.

А Дилан погрузился целиком в телефон, разбирая его на запчасти и что-то раскладывая на полу в каком-то особенном порядке.

— На Аметисте, вероятнее всего, жучок, — вдруг проговорил он, не поднимая головы от своего занятия, даже когда мы все уставились на него. — Этот упырь нашел его без особых проблем. Я бы сказал, он даже не искал. Просто пришел в нужное место, подобрался максимально близко, чтобы Берсерк слышал сигнал, и отключил его сознание. И потом, он был абсолютно уверен в собственной безопасности, раз пришел один, без своей драгоценной черной армии. Вероятнее всего, побег из лаборатории не был побегом в прямом смысле этого слова. Амиту помогли — дали сбежать.

— Думаешь, сделали это намеренно? — мрачно отозвался Здоровяк.

— Почти уверен в этом.

Я покосилась на Рида, который не торопился отвечать, но кивнул в ответ на эти слова."

"— Возможно, Бера проверяют. Может, исследуют какой-то новый механизм или программу. По-хорошему его бы не оставили в живых. К тому же, если бы этот Габриэль знал, как дорог Амит для Карата, он вовсе не захотел бы расставаться с ним.

— Ему дали уйти, потому что знали, что Амит пойдет к своим, — выдохнул Рид в конце концов, тяжело помассировав переносицу.