Изготавливаются из многослойной стали и имеют узоры, характерные для булата. Возле рукоятки лезвие шире и сделаны две впадины для указательного и среднего пальцев, чтобы удар, особенно клюющий, был метче и сильнее. Пират оказался не очень хорошим фехтовальщиком. Впрочем, саблю была почти вдвое длиннее его кинжалов. Я сделал обманное движение и первым же косым ударом разрубил его от плеча до позвоночника. После чего метнулся к фальшборту правого борта, где над планширем поднималась еще одна голова в темной чалме. Развалил ее на две половины. После чего разрубил толстую веревку с мусингами, привязанную к деревянному крюку, зацепившемуся за планширь.

В три прыжка преодолел дистанцию до второго крюка с веревкой, зацепившегося ближе к баку, с помощью которой пытался взобраться на шхуну еще один пират в темной шапочке с узкими полями. Я разрубил и шапочку, и то, что было в ней, а потом и веревку. Оглядевшись, заметил, что на полубаке лежат оба пушкаря со стрелами в спинах. Еще двое истекали кровью на главной палубе. Остальные на левом борту продолжали стрелять из луков и аркебуз, или колоть копьями, или сечь мечами-дао, и на шхуне не было ни одного живого пирата. От нашего правого борта быстро отходила одномачтовая джонка. Видимо, гибель четырех соратников образумила остальных.

Я вернулся на левый борт, где рукопашная закончилась. Три опустевшие джонки, обе двухмачтовые и одномачтовая, продолжали покачиваться на низких волнах возле шхуны, а остальные медленно двигались в сторону острова Суматра. Им вслед стреляли лучники и аркебузиры. Остальные члены экипажа вернулись к пушкам, чтобы послать заряды картечи вдогонку. Выстрелили почти залпом, после чего ближняя джонка с опущенными в воду веслами начала поворачиваться к нам правым бортом. По остальным еще раз выстрелила ядром ретирадная пушка.

— Прекратить огонь! Оказать помощь раненым! — скомандовал я и вдруг заметил, что уже совсем светло, хотя солнце еще не взошло.

Мы потеряли четверых убитыми, и семеро были ранены, причем двое в грудь. Они тяжело дышали, выпуская розовые пузыри. Раненых перевязали и напоили байцзю с опиумом, чтобы снять боль. Погибших сложили возле полубака.

Затем начали собирать трофеи и добивать раненых врагов. Всё ценное складывали на лючинах трюма. Трупы врагов выкидывали за борт.

— Большие джонки можно отбуксировать в Сингапур и продать, — подсказал я. — Заодно найдет там лекаря для раненых и похороним погибших.

— Да, — коротко произнес Бао Пын, лицо которого все еще было бледным, несмотря на загар, и улыбка исчезла бесследно.

Как догадываюсь, в отличие от остальных членов экипажа, он участвовал в бою впервые.

20"

"Сингапур был меккой советских моряков.