Сносило крышу от другого. Его пальцы пробрались под манжету блузки и гладили запястье — то размеренными круговыми движениями, то плотно потирая место, где бился пульс. Ровно такими же движениями, которыми он гладил ее совсем в другом месте.

Отстраняться пришлось резко, на клочках, остатках приличного воспитания хорошей девочки. Но руку ее Ник так и не выпустил, крепко перехватил запястье.

— Любаш… У меня есть вариант… как мне реабилитироваться за свой прошлый провал…

— Тебе не за что реабилитироваться!

— Есть за что. В общем, у меня есть друг. Со своей квартирой.

Если ты не против, то я…

Люба слегка покраснела. Хотя… Чего уже стесняться?

— Не против.

— Я переговорю с ним, и тебе позвоню, хорошо?

— Ладно. Пойдем? Поздно уже.

— Пойдем.

— Проводишь меня домой?

— Люба! — он сказал это как-то даже не то, чтобы серьезно — строго. — Я, конечно, звероящер, но немного… прирученный. Что ты обо мне так думаешь, будто я совсем… хам какой-то невоспитанный? Конечно, провожу. Это даже не обсуждается.

— Ну, тогда пойдем.

В квартиру Ник отказался заходить. Зато был поцелуй прямо у двери, в темноте подъезда — страстный, горячий, так, как они не позволили себе в кафе.

И было совершенно невозможно оторваться от его губ. Невозможно. Пока подлый звероящер не нажал вдруг на кнопку звонка. Вывернулся из ее рук, чмокнул в лоб, шепнув: «Так и до секса в подъезде недалеко! Я позвоню. Пока». И был таков — лишь быстрые шаги по лестнице. Люба едва успела перевести дыхание, прежде чем открылась дверь квартиры. Ей показалось, что отец что-то заметил странное в ее внешнем виде, но никак не прокомментировал. А ведь раньше она себе такого не позволяла. Таким приключениям место в жизни школьницы-старшеклассницы. Ну, в крайнем случае — студентки. А она — взрослая работающая женщина! Люба усмехнулась своим мыслям. С Ником она почему-то чувствовала себя действительно как чуть ли не школьница. Девчонка. Лет на шестнадцать. Видимо, побочный эффект от того, что ты вляпалась в сексуальные отношения с другом детства. И время будто пошло вспять.

— Денис Валентинович, приветствую.

— И вам не кашлять, Николай Глебович, — пробасил в трубку Батюшко.

— Как дела? Как клиентура?"

"— Сплошные приятности перед глазами и денежный дождь в карманы.

И так — с утра до вечера.

Ник усмехнулся. Дэн в своем неизменном репертуаре.

— Ну, а если серьезно?

— Да как обычно — без потрясений и бурь. Ты как? Все детей потрошишь?

— Не всем же так повезло с призванием, как тебе…

Тут хмыкнул уже Дэн.

— Ладно, этак мы паясничать долго можем, а у меня прием, между прочим. Ты зачем звонишь? По делу?

— По делу.

— Излагай.

— Дэн, квартира нужна.

Денис демонстративно вздохнул.