Так что… мне жаль его, нет, ты не подумай, что я злюка, или неблагодарная, или еще что-то в таком духе, — начинаю тараторить, но Рус останавливает меня легким касанием своих губ.

— Я люблю тебя. И я так не считаю. И никогда не считал, малыш.

— Он сам выбрал такой путь. Теперь он за него будет расплачиваться, — подвожу итог всему вышесказанному. — Так что… — пожимаю плечами. — Мама звонила, у нее все отлично, они с Геной обещали на неделе заехать.

— Угу, если мы не умчим в роддом, — посмеивается Рус, укладывая свои большие ладони на мой круглый живот. — Как себя чувствуешь?"

"— Как может чувствовать себя колобок, которого то и дело бомбардируют изнутри по ребрам, печени, почкам и вообще по всему, до чего может дотянуться его ма-а-аленькие рученки и ножки? — смеюсь я, слегка отстраняясь от любимого. — Просто великолепно, — смеюсь, а в глазах любимого мужчины вижу столько нежности, тепла и любви, что не передать словами. Иногда кажется, что больше и быть не может. Но каждый раз он все больше и больше меня удивляет, убеждая, что нет границ у этих чувств. У его внимания, заботы и полной отдачи всего себя мне. Нам! Мне, нашему маленькому цветочку — Ромашке — и крохотному карапузу, который вот-вот должен увидеть этот свет.

И познакомиться с нами сынок решил именно сегодня…

Неожиданно среди ночи я чувствую, что со мной что-то происходит. Слабая тянущая боль в пояснице и в низу живота.

Честно думала протянуть до утра, но никак не могу улечься, чем и разбудила Руса.

— Что такое? — тут же взволнованно посмотрел на меня муж. — Лис? Ты в порядке?

— По-моему, сыночек решил нас увидеть, — натягиваю улыбку и чувствую приступ боли, отчего непроизвольно издаю сдавленный стон, а Рус подскакивает с кровати.

— Так, — тут же натягивает футболку мужчина. — Собираемся, — командует, хватая мобильный.

— А как же Ромашка? С кем ее оставить? — начинаю лихорадочно соображать. — Просто вызови мне скорую и все, — пытаюсь успокоить Руса, который, кажется, переживает даже больше, чем я.

— Сейчас Нину Федоровну вызову, она говорила, чтобы ее беспокоили, если что, — тут же набирает нашу няню.

Все, что происходило потом, в моей голове было обрывками моментов, как ярких кадров. То ли боли, то ли неверие, что уже вот-вот наш малыш появится на свет, то ли еще непонятно что, но состояние у меня было легкой прострации.

Буквально полчаса сборов, и мы уже выезжаем из дома. Няня приехала достаточно быстро и убедительно заверила нас не беспокоиться о дочурке.

Дальше дорога, боли, и дорога. Скорость, на которой летел мой муж, наверняка превышает все мыслимые и немыслимые пределы.

В отделении меня приняли быстро. Словно все тут только сидели и ждали, когда мы заявимся. Хотя не удивлюсь, если мой Беркутов уже и здесь всех построил.