Я очень радовалась успехам дочери и с гордостью представляла, как через десяток лет она превратится в красивую, образованную девушку, на которую никто не посмеет ткнуть пальцем и сказать, что она ублюдок ландграфа.

В одно из воскресений, после посещения церкви, она примчалась в нашу с графом комнату и с горящими глазами сказала:

— Мамочка! У меня есть братья! Людвиг и Клемент! Они такие большие!

В спальню вошел Филипп и, улыбаясь, рассказал, что на службу приехал Маркус с сыновьями и позволил мальчикам познакомиться с сестрой.

— Но почему он решился на это? — я была очень удивлена и радостно поглядывала на Полин, которая уже щебетала возле Арманда и Каролин.

— Кто знает, что руководило им, когда он отправился на службу в нашу церковь, но Маркус первый подошел к нам и сказал, что хочет, чтобы Людвиг и Клемент поддерживали родственные связи с Полин, — ответил муж. — Возможно, его все еще мучает совесть перед покойной Мартой, а возможно, слухи о том, что Полин теперь официально признанная дочь ван Дильца с немалым наследством, заставили его изменить решение.

— Как бы оно не было — это к лучшему, — сказала я, переполняясь счастьем за свою малышку, которая обрастала родственниками. Для девочки, иметь старших братьев, это удача. Они всегда смогут защитить ее, если конечно не окажутся такими слабохарактерными, как их отец.

Хенни и Ливен, как всегда очень часто приезжали в «Темный ручей» и по взглядам, которые кузина бросала на Арманда и Каролину, я видела, что она тоже очень хочет детей. Они подарили новорожденным по серебряной чашечке и ложке, а так же массу детских вещей и игрушек. Филиппу барон презентовал отличного коня, а мне — жемчужное ожерелье.

Кузина обустроила в их поместье оранжерею и уже несколько десятков черенков, выпустили первые листочки, обещая превратиться в шикарные розовые кусты.

В преддверии октября, природа еще не обрела ярких красок осени, только в нашем парке деревьев в позолоте стало больше. Пошли первые затяжные дожди, и когда наступило такое короткое, но теплое бабье лето, я, наконец, впервые за долгое время, отправилась в деревню.

Сидя в экипаже, я с наслаждением вдыхала свежий воздух, залетавший в открытое окошко и, любовалась природой, отмечая, как быстро деревья меняют окраску на желтые и желто-красные цвета.

Деревня выглядела по-осеннему красочно, и яблочные сады наполнились душистым спелым ароматом, роняя яблоки в густую, пожелтевшую траву. В аккуратных двориках цвели астры, георгины, гортензии — делая все вокруг праздничным и ярким.

Работа на мыловарне кипела вовсю, и мне оставалось лишь мысленно поблагодарить мою дорогую Хенни, которая все держала под своим строгим контролем.