Слова Тамера не могли не возвышать меня, возносить до небес… Они же резали по больному… Я снова и снова прокручивала в голове судьбу его матери и невольно ужасалась перспективе того, что и он, воспитанный в другой культуре, в другой религии, попросту сломает меня, не выходя за пределы своего комфорта. И пусть это я сейчас занимаю все его мысли, Тамер- шейх. В его жизни будут другие женщины. Я понимала это не только от слов Зулайхи или Алии, это можно бы было понять даже недалекому человеку… Вот только я не смогу, не справлюсь… Я не смогу делить его сейчас ни с кем. Сейчас, когда поняла, что тоже… люблю…

Да и на какое будущее он меня обрекал? Быть любимой наложницей в его дворце? Смотреть на то, как он женится, рожает наследников, а я… Я растворяюсь в нем и в итоге исчезаю…

- Я не смогу, Тамер…- говорю я тихо, а на глазах невольно проступают слезы,- я не смогу разделить с тобой твою жизнь… Она убьет меня.. точно так же, как убила твою мать…

Его челюсть сжимается, а глаза темнеют. Теперь уже он сильно-сильно сжимает мою руку.

-Почему ты все усложняешь, баннута? Я люблю тебя… Ты моя любимая женщина… Разве этого мало? Я смогу подарить тебе весь мир! Ни с кем твоя жизнь не будет красивее и ярче, чем со мной…

Его взгляд сейчас невыносим. Он оставляет ожоги на коже, испепеляет… Я отвожу глаза, не в силах справиться с этой мукой, и в этот самый момент резко дергаюсь, потому что вижу неожиданную картину, а возможно, она стала неожиданной только для меня... К пирсу подплыла большая дахабия и с нее в сопровождении нескольких слуг спускается высокий статный мужчина, облаченный в традиционную одежду Киренаики.

-Отец,- слышу я от Тамера и замираю.

Через несколько мгновений мне придется посмотреть в глаза самому всесильному правителю Киренаики…

Глава 40

Высокий статный мужчина, разительно похожий на Тамера и на Мо одновременно, уверенно направляется к нам, совершенно игнорируя происходящую вокруг него суету, которую создают сопровождающие.

Принцы быстро встают и замирают в почтенной позе. Я совершенно растеряна и только и могу, что встать чуть поодаль, склонив голову так сильно, что вижу только кончики своих носков.

-Отец,- только слышу рукопожатия и объятия вперемешку с приветствиями на арабском.

-Мы не ожидали тебя здесь сегодня увидеть,- говорить на киренаиском Тамер.

-Разве я могу пропустить ее день рождения, сынок? Ты обижаешь меня. Представь мне эту юную богиню зари, от которой день сегодня по-особенному ярок,- чувствую, как правитель обращает на меня взор, последние фразы специально произнося на английском, чтоб я, видимо, поняла.

-Майя, таали,- говорит Тамер на арабском, подзывая меня,- познакомься, это мой отец, его величество шейх Маррифи, правитель Киренаики.