Вломиться в кабинет главврача мимо секретарши было для нее обыденным делом.

Приняв потрепанную историю болезни, Илья Алексеевич притянул к себе телефонный аппарат.

— Хирургия? — спросил он грозно. — Главный врач беспокоит. Кто у вас оперировал Сабитова?

В трубке весело сказали:

— Иди, Серега, тебя твой любимый главврач хочет!

— Что за смешочки? — Илья Алексеевич спрятал улыбку. — Что за любимый главврач?

— Но если вы действительно мой любимый главврач, — ответили ему.

Илья Алексеевич относился к своим хирургам по-отечески. Как-то получилось, что все ребята в отделении были очень молоды, а возглавлял их пенсионного возраста заведующий.

Все они являлись хорошими специалистами, но изза слишком юного либо слишком пожилого возраста выдвинуть на должность начмеда было некого. Заведующий исполнял обязанности, но явно ими тяготился, характеризуя все происходящее в больнице с помощью двух эпитетов: «гребучий» и «засратый».

Пока заведующий мучился на руководящей должности, в отделении царила оживленная анархия. Это была веселая резвость молодых щенков, которые, впрочем, знают, что у них прорезались острые зубы и они всегда смогут найти себе пищу и перегрызть горло врагу.

"

"— Почему больной не подписал согласия на операцию? — грозно спросил Илья Алексеевич.

— Я тоже, может, был не согласен на операцию, — нагло заявил хирург, — однако же пошел и сделал. Давление по нулям было, какие разговоры?

— На этот случай существует специальная форма, которую подписывают три врача.

Валентина Михайловна одобрительно закивала.

— Пока я за ними бы бегал, пока объяснял, что да как, другую специальную форму заполнять бы пришлось. Направление в морг.

Его же «скорая» прямо в операционную доставила, думали, вообще не довезут. Человек с пятого этажа свалился.

— Задним числом нужно было все оформить, — жестко сказал Илья Алексеевич, подумав, что зеленый Серега после того, как ему пришлось самостоятельно удалять селезенку, почку и ушивать разрыв диафрагмы, не помнил, как его зовут, не то что о каких-то там бумажках. — На вас больше всего жалоб за дурное оформление историй, — мстительно добавил главврач.

В трубке самодовольно усмехнулись:

— Я плохо пишу, потому что я хорошо работаю! Это те, у кого ничего не получается, стараются себе бумажками задницу прикрыть.

— Распустились вы у меня совсем! Ничего, скоро придет новый начмед по хирургии, он вам покажет! — припугнул Илья Алексеевич и горестно вздохнул. Колдунов им покажет, как оформлять медицинскую документацию еще хуже, чем хирурги делали до сих пор.

— Все? — обернулся он к Валентине Михайловне. — Я вас удовлетворил?

— Да, спасибо, Илья Алексеевич!

— В таком случае не смею задерживать. — Он встал и галантно открыл перед ней дверь.