Небольшое, в искусной кованой раме, зеркало выглядело очень старым. Амальгама местами растрескалась, в стекле медузами застыли тусклые пятна.

— Не хочу, не буду! — Юлька прикрылась рукой, но бобровой не отстал — добился того, чтобы она посмотрела.

Поначалу в стекле висела муть, а потом в середине что-то забрезжило, и постепенно, делаясь ярче и чётче, проступило Юлькино лицо. Она ясно видела теперь каждую чёрточку, каждую свою родинку и морщинку! Щёки немного опали, но так было даже интереснее.

Юлька смотрела на себя и не слышала, как захлопал в ладоши Монах, как слабо вскрикнула Марфа при виде обновлённой сестры.

— Отличная работа! — Монах привстал и поклонился. — То, что говорят про вас — правда!

— Это не я. — ключник прихватил шмат мяса и обмакнул его в соус. — Это она сама. Точнее — они. Сёстры. Вы ешьте, холодное будет невкусным. Ешьте и отдыхайте, после поговорим.

Бобровой разлили всем из бутыли пахнущую смородиной наливку.

— Давайте за порядок! Чтобы всё всегда находилось там, где должно! — ключник помахал собравшимся стаканом и глотнул тягучую смесь. — До чего хороша! Юстрица расстаралась. Тут смородина и стебли малины. Мой собственный рецепт.

Он был явно в ударе, часто шутил и смеялся. Остальные торопливо ели, с нетерпением ожидая объяснений.

Поглядывая на растерянную и сияющую от счастья Юльку, Марфа вдруг опять разозлилась. Беспричинная обида и зависть волной окатили её, захотелось немедленно сделать что-то плохое, чтобы стереть улыбку с Юлькиного лица."

"— Не думай даже! — ключник смотрел куда-то Марфе за плечо. — Ты хорошо поработал, теперь не лезь к ней, больше не заводи.

В ответ на это Марфа схватила баночку с соусом и с силой метнула ту в ключника, а после испугано сжалась, не понимая, как могла так поступить.

— Втемную его! — скомандовал ключник. — Да, да. Посидишь, подумаешь. Сам виноват, дружок.

Лёгкий ветерок пронёсся над столом и вылетел в распахнувшуюся дверь, чуть не сбив вошедшую с улицы старуху.

— Опять наказали? — вздохнула юстрица. — Что за непоседливый черток!

— Сам виноват. Пусть теперь отвечает. — ключник внимательно взглянул на притихшую Марфу. — Отпустило тебя? Больше не хочется враждовать?

— Отпустило, — шепнула подавленная Марфа. — Кто это был?

— Да чертишка один, на подхвате. — ключник поморщился. — Справился с работёнкой и возомнил из себя невесть кого. А гордыня — чувство опасное.

— Мы лунное молоко не принесли. — призналась Марфа. — Вы Юле помогли, а нам нечем отплатить.

— Да шут с ним, с энтим молоком, — шлёпнул хвостом бобровой. — Вся кладовка под завязку забита. А окончится — так еще наберём, анчутки живо слетають.

— Но… вы же сами говорили… — Юлька непонимающе уставилась на колдуна.