Я могу одним махом разрубить узел возникшей путаницы, сказав прямо, что произошло… но тогда и Нигай скажет правду о том, что я тоже нарушила закон. Арест и проблемы с законом мне не нужны.

Заметив смятение на моем лице, мать Дейригана сказала:

— Мне совершенно ясно то, что ситуация эта путаная, вы, Кэя, хитрите, а ваш Род ненадежен. Я меняю решение. Я против союза наших Родов.

— И я против, — поддержал ее муж.

Дейриган побледнел. Я заметила, как выступил пот на его лице, и как поникли его плечи. Настала пора ему принять решение, но он не мог. Как не мог и понять, верить мне, или нет. Он бросил умоляющий взгляд на мать, ища ответа, подсказки… Как я не понимала раньше, что его покладистость — это отнюдь не достоинство? У него нет собственного мнения. Он абсолютно ведомый человек, ему нужен кто-то, кто будет его направлять, подсказывать… Ему нужна мамочка. Мамочка, которая будет все за него решать, пока он будет занят своей наукой.

«На самом деле все это время он был худшей кандидатурой на роль моего мужа».

Увидев, наконец, как на самом деле обстоит дело, я приняла непростое решение закончить этот грустный спектакль и обратилась к Дейригану:

— Ваши родители правы. Теперь и я вижу, что нам с вами не стоит заключать брак.

Каркано переглянулись и все, как один, уничижительно посмотрели на Дейригана, показывая, как разочарованы тем, что он сделал плохой выбор и поставил их всех в неловкое положение. Абсолютно потерянный Дейриган так ничего и не сказал.

— Вопрос решен, — сказал Глава Рода, удовлетворенный таким исходом и, выразив сожаление Роду Каркано за то, что возникло недопонимание, велел ассистенту проводить гостей.

Каркано, явно недовольные и даже оскорбленные произошедшим, все же приняли извинения Унсури, и ушли. Дейриган в дверях обернулся. Его лицо выражало растерянность, досаду и вопрос: «Как же так, Кэя?».

Я отвернулась. Дейриган не особенно старался разобраться, где правда, а где ложь. Родители передумали насчет союза с Унсури, а послушный сын не способен пойти против их воли. Единственное, что для него имеет значение на самом деле — одобрение Рода. А я, глупая, придумала себе, что он сможет защищать и оберегать меня… Витая в таких мыслях, я пропустила момент, когда в приемной остались только я, Хакан, Нигай и Глава Рода.

— Кэя, — позвал меня Глава, — теперь ты видишь, с кем хотела связать свою жизнь? Это ли достойный тебя человек?

— Он хороший человек.

— «Хороший» — это слишком туманная характеристика. Но оставим это. Все, наконец, стало определенным. Ты выйдешь замуж за капитана Нигая, и это окончательное решение.

Нигай улыбнулся мне; я никак не ответила на эту улыбку. Меня в данный момент не столько капитан интересовал, сколько мой отец и его действия.