– Как ты думаешь, если Свешников захочет спрятаться у кого-то из местных, к кому он пойдет?

– Если он нашел золото, то ни к кому, – ответил Терешин, подумав. – Тут не то что за золото, за медный грош убьют и не поморщатся. А вообще, Ваня, я не знаю. Знал бы – подсказал.

Опалин попрощался с хозяином и шагнул из прохлады дома в прозрачный зной. Состав подкатил к станции, зашипел, лязгнул колесами и остановился. Возле третьего вагона кузнец ссорился с дочерью.

– А я говорю – никуда ты не поедешь, – упрямо говорил Игнат. – И это поезд не в Москву, а из Москвы. Одумайся, Дарья! Из-за какого-то морфиниста портить себе жизнь…

Девушка оглянулась, увидела Опалина и, поджав губы, двинулась прочь.

Поезд свистнул, тронулся с места и бодро застучал по рельсам.

Глава 25

Цена головы

Когда Опалин дохромал до деревни, шел уже первый час дня. Изба-читальня заманивала на вчерашний вечер красочным плакатом, который обещал, во-первых, демонстрацию фильма и хроники, а во-вторых, разоблачал религию как опиум для народа. Нижние углы плаката, судя по их внешнему виду, кто-то уже оборвал и пустил на самокрутки.

Подумав немного, Иван направился к дому Зайцева, но того не оказалось на месте.

Во дворе Надя качалась на деревянных качелях и обрадовалась, завидев гостя.

– А это правда, что сторож пуд золота нашел? – спросила она своим звонким детским голоском.

– Может быть, – осторожно ответил Опалин.

– А пуд – это много?

– Очень.

– Как же он его унесет?

– Не знаю, – отозвался Иван, думая о своем.

– А может, сторож его зарыл? – допытывалась Наденька. – Я видела, как он в лесу что-то закапывал.

Тут Опалин мигом забыл о натертых ногах, о неудачах, которые постигли его в это утро, и потребовал объяснений.

Оказалось, что несколько дней назад Надя видела Свешникова в лесу недалеко от усадьбы, где он клал что-то в яму и тщательно присыпал землей.

– Но ты, конечно, не помнишь, где это было, – проговорил Иван, не веря своей удаче.

– Как это не помню? – обиделась Надя. – Идем, я тебе покажу!

Тут, к счастью, на улице показался ангел-хранитель в образе Кирюхи, ехавшего в телеге, в которую была запряжена понурая мосластая лошаденка. Выслушав Опалина, он вызвался отвести его и Надю на место – что было весьма кстати, учитывая состояние ног нашего героя и то, что он порядком вымотался этим утром.

Иван забрался в телегу, посадил Надю рядом с собой, и они поехали.

– Если Пантелей будет ругаться, скажи, что я тебя реквизировал, – заметил Иван.

Кирюха засмеялся и хлестнул лошадь.

– Я тебя еще у дома гробовщика приметил, – сообщил Кирюха.

Опалин не сразу вспомнил, что домом гробовщика по привычке называли избу-читальню.

– Ты комсомольцев искал? Они к этому, к Березину пошли, – продолжал Кирюха.

– К Берзину, что ли?

– Угу. В гепеу.