Потрясенный, он задрожал, с трудом сохраняя остатки самоконтроля. Словно освободившись от невидимых оков, которые удерживали его слишком долго, он подхватил Эмили на руки. Она обвила ногами его торс, а Хавьер обхватил руками ее ягодицы. Она срывала с него рубашку, пуговицы которой летели на пол, а потом стянула с себя топ. Вскоре он прижал ее спиной к стене гостиной и поцеловал в губы. Она не сопротивлялась и охотно приоткрыла рот, а потом простонала от удовольствия.

Хавьер отпрянул назад и посмотрел на Эмили. Ее широко распахнутые глаза светились от нетерпения, которое только распаляло его.

— Эмили… — взмолился он, теряя терпение.

— Я хочу тебя, — резко прошептала она и вдохнула. — Прямо сейчас.

Он развернул ее спиной к себе и уперся руками в стену по обе стороны от ее тела. Эмили потерлась ягодицами о его член, запрокинула голову и положила ее ему на плечо. Она очень боялась, что Хавьер передумает в последний момент и оттолкнет ее. Еще никогда она не хотела его так сильно.

Обхватив руками ее груди, Хавьер поглаживал большими пальцами ее напряженные соски. Ее тело пульсировало от жара и вожделения. Эмили подумала, что сойдет с ума, если он не поторопится.

Она всхлипнула, когда он сорвал с нее трусики и стал поглаживать пальцами у нее между ног. Мольбы, не всегда внятные, слетали с ее губ, но Хавьер неумолимо приближал ее к оргазму.

Эмили забылась, когда море ощущений обрушилось на нее одновременно огненным жаром и ледяной дрожью. Страсть и желание текли по ее телу, охваченному интуитивным чувством освобождения. Она переживала каждую секунду надвигающегося оргазма, упиваясь прикосновениями Хавьера и прерывисто дыша. Наконец она вспыхнула от предвкушения и возбуждения и утонула в наслаждении. Совершенно измученная, она уперлась головой в стену, радуясь тому, что Хавьер поддерживает ее, не давая упасть.

Он погладил ее бедра и ягодицы, успокаивая и провоцируя дрожь.

— Хавьер…

— Тише, — сказал он. — Я понял тебя.

Он рассмеялся, опьяненный желанием, и расстегнул молнию на брюках. Пока он осторожно раздвигал ее ноги, сердце Эмили едва не выскакивало из груди от ожидания. Она опять испугалась, что он вот-вот остановится, но потом Хавьер опустил голову и зашептал ей на ухо вызывающе эротические фантазии о том, что он с ней сделает.

Он медленно вошел в нее сзади, и она уперлась лбом в гладкую побеленную стену, дрожа от блаженства. Он не переставал шептать ей на ухо, глубоко наполняя ее. Она была окружена и полностью им одержима и упивалась этим, желая, умоляя о большем.

Такая первобытная потребность, пронизывающая Эмили, была на грани безумия, и она еще ни разу не чувствовала ничего подобного. Она превратилась в распутное существо, желая прикосновений, признаний и поцелуев.