— Тогда, может, поведаешь историю подруги? О себе потом расскажешь.

Девушка закусила губу, видимо, ее все еще одолевали сомнения. А потом, тяжело вздохнув, сдалась.

— Хорошо. Только обещай, что не будешь Лиску расспрашивать. Она так и не пришла в себя после смерти матери.

— Обещаю, — кивнул Су Хен.

— Это правда страшная история, — тихо сказала Кэт. — Наутро после Хэллоуина мать Лиски нашли на пригородном шоссе. Она… в общем, ее пришлось хоронить в закрытом гробу. Никто так и не узнал, почему она не вернулась вечером домой, что делала за городом.

— Вот как… — протянул Су Хен.

— Нет… Потом об этом деле долго писали в газетах. Ходили слухи, что на самом деле мать Лиски принесли в жертву сатанисты… Вот, в общем, и все. Только Лиску про мать не спрашивай, ладно? Она никогда про нее не говорит. Верит, что ее и правда сбила машина… или хочет в это верить.

— Ты права, жуткая история, — медленно произнес Су Хен. — Когда это случилось?

— Хм… — Между бровей девушки залегла тонкая складка. — Мы тогда с Лиской классе в девятом были… Да, точно в девятом!

— Давно… Это сколько уже лет прошло?

— Если ты так хочешь узнать мой возраст… — прищурилась Кэт.

— И в мыслях не было. — Су Хен вновь расплылся в обаятельной улыбке. — В Корее несколько иная система образования. Начальная школа, средняя, старшая… каждый раз нумерация классов идет заново. У нас нет девятого класса.

— А… тогда дай подумать, — кивнула Кэт и, беззвучно что-то проговаривая, принялась загибать пальцы на руках, а затем наконец сказала: — Тринадцать лет назад.

Су Хен резко поднялся из-за стола и направился прочь. Кэт недоуменно кричала что-то вслед, затем попыталась его догнать, но парень легко затерялся в толпе на танцполе.

Я сидела в комнате отца и тупо нажимала кнопочки пульта, без конца переключая телевизионные каналы. Обычно о наличии такого блага цивилизации, как телевидение, я вспоминала несколько раз в год. И то лишь для того, чтобы узнать новости, если в мире происходило что-то экстраординарное или если отец уговаривал посмотреть вместе с ним какую-нибудь юмористическую программу, до которых он был большой охотник.

На коленях у меня свернулась кошка, и я рассеянно гладила ее.

Стрелки на часах показывали половину первого ночи, давно пора было лечь спать. Вот только я боялась кошмарных снов. Боялась даже заходить в свою комнату — штору так и не повесила, вдруг за окном притаилась еще одна жуткая тень? Боялась находиться в квартире одна…

В книгах писали, что алкоголь придает смелости, а еще, что от него клонит в сон. В моем случае не произошло ни первого, ни второго, хотя в одиночку и почти без закуски я выпила четверть литра конька.