Казалось, у них вся жизнь впереди, — Ильнора тоже налила себе травеля, однако поглощенная воспоминаниями так и не сделала ни глотка. — Филия умерла почти сразу после родов. Мы боялись, что ребенок тоже умрет, но Слава Видию, обошлось. Однако болезнь не обошла Вейре.

— И неужели нет никаких подозрений? — изумилась я.

— Их было много. Думали, что это наследственная болезнь Кроберов, но просмотрели все бумаги — и не нашли ни одного упоминания о недуге среди их предков и родственников. Доктора считают, что это редчайший случай несовместимости крови. Впервые о таком слышу, но докторам виднее.

— И часто бывают приступы?

— Летом чаще, особенно в присутствии людей, поэтому племянник оберегает сына, как может, — Ильнора нахмурилась, замолчала.

Я нутром чувствовала, что проблема гораздо сложнее, тяжелее, но раз графиня не пожелала углубляться, не буду лезть в душу.

— Надеюсь, Корфина, это останется между нами?

— Конечно, — пообещала я, тем более что не имею привычки трепать языком.

* * *Утром, едва вернулась с прогулки с Жужем и села завтракать, к нам пожаловал гость.

Услышав звонок — я первым делом подумала, что проехал Веспверк, высказать мне все, что у него накопилось в душе, однако служанка сообщила, что пожаловал доктор Кратье.

Мы с графиней взволнованно переглянулись.

Мужчина вошел в обеденную залу, поклонился.

— Утра доброго, графиня, баронесса, — он улыбался, а еще скользнул по мне заинтересованным взглядом, который меня удивил, но немного успокоил. Если доктор в хорошем расположении духа — значит, с Вейре ничего страшного.

— Я приехал от лица герцога Веспверка выразить вам благодарность. Сам он после бессонной ночи чувствует себя неважно…

На моих губах проскользнула недоверчивая усмешка.

Прекрасно понимаю: герцог меня на дух не переносит, поэтому и прислал парламентера. Но мне все равно. Меньше встреч с герцогом — лучше день пройдет.

Гость рассыпался в любезностях и благодарностях, снова восхитился моими познаниями в медицине… Вроде бы все в рамках приличий, однако чудился мне в его серых глазках лукавый подвох.

Что я не ошиблась, убедилась, когда Кратье попросил у Ильноры разрешения прогуляться со мной по саду. А получив, галантно помог мне подняться из-за стола и любезно проводил в сад.

Гость вел меня уверенно, будто не раз бывал в особняке.

— Вы хорошо знаете дом, — заметила я.

— Конечно, — улыбнулся он. — Я ведь и лечу и графиню.

— О чем же вы хотели поговорить? — я не стала тянуть кота за хвост и решила вести беседу в деловом ключе.

— Вы восхитили меня, — Кратье попытался заглянуть в глаза, но я отвернулась. Не нравится мне его льстивая речь. — Вы смотрелись у постели Вейре столь трогательно, что… у меня нет слов, чтобы описать чувства.

«А зачем тебе чувства?» — удивилась я.