Конечно, не для Ньеса, а назло Освальду.

Он заметил, ухмыльнулся и быстро пообедав, уехал по делам, оставив меня в самом мрачном настроении.

Глава 43

Перед свиданием Вейре начал жаловаться на головокружение, жар, боли в ногах и приближающийся приступ. И только под жгучим взглядом отца притих и отпустил меня на нежеланное свидание.

— Хорошей прогулки, — пожелал Освальд с прохладцей.

— Благодарю, Ваша Светлость, — ответила сдержанно я и ушла с самой легкой походкой, на какую способна. Вряд ли он смотрит, но мне хотелось в это верить.

Жеом приехал к графине в назначенное время.

Весенняя погода радовала теплом, поэтому для прогулки маркиз выбрал открытую карету.

Когда спустилась, он облобызал мне руки, засыпал комплиментами, но они не радовали. Да, я улыбалась, даже шутила, только знал бы «жених», где осталось мое сердце.

По дороге в кофейню Жеом много рассказывал о себе, о службе, увлечениях… Он вообще много говорил. И не надо быть психологом, чтобы понять: роль супруге маркиз отводит подчиненную. Возможно, для иной здешней девушки это даже хорошо, но мне казалось, что за военной выправкой скрываются властность и эгоистичность, которые не могла замаскировать показная учтивость.

Когда я рассказывала о себе, Жеом слушал без особого интереса, а стоило коснуться писательства и будущих планов, он отрезал:

— Сказки нравятся детям. Сколько вы хотите детей, Корфина? — и не успела рта открыть, ответил за меня. — Минимум трех. А лучше пять.

Нет, я, конечно, хочу большую семью, но не уверена, что на пятерых хватит здоровья. Только, кажется, Жеому мое мнение не важно.

К тому же его мать, давно овдовевшая, живет с ним…

Обдумывая сведения, я поняла, что маркиз не мой человек. Не буду я ни под чью дудку плясать, петь и дышать. Да и в муже хочу видеть друга, равного, а не властного эгоиста замашками. Ведь даже Освальд мягче, и если он полюбит, будет относиться к жене с заботой… Сердце екнуло, и общение с «женихом» стало совсем в тягость.

— Знаете, Жеом, ни при каких обстоятельствах я не брошу писать, — ошарашила маркиза.

Он смерил меня взглядом и усмехнулся:

— Когда появятся дети, Корфина, вам станет не до писулек.

Со свидания я вернулась преисполненной желания стать материально самостоятельной. И только потом, не спеша выбирать спутника жизни.

Утром Освальд на удивление встретил меня спокойным, только молчал. Вейре был сонным и тоже молчаливым. И я помалкивала. Уже думала, что день пройдет плохо, однако герцог удивил: сразу после завтрака позвал нас кататься по весеннему пригороду.

— Смотри, Вейре, природа просыпается, — Освальд обращался к сыну, но почему-то мне казалось, что прогулка случилась неспроста. Посмотрела на герцога, а он продолжал упрямо разглядывать молодую зелень и первые цветы, игнорируя меня.