Он герыч гнал из Афганистана, а его сам Профессор предупредил, чтобы завязывал… Тот вор с первого раза не убился, и один ушлый эксперт увидел, что удара два было. Но мы замяли.

— Твою мать! — выдохнул Василич. — Так что же вы не берете уникума этого? У вас что, опера колоть разучились?

— Да там зацепок нет никаких, кроме любви к мотоциклам, — пожал плечами генерал. — И алиби у него всегда железное. И вообще, а на хрена нам его брать? Ты сам-то осознаешь, чьи приказы он может выполнять? Вот так-то…

— Так вы что, оргпреступность уничтожили, получается? — непонимающе посмотрел Василич.

— Нет, конечно, — удивился Месяцев. — Цветет буйным цветом. Но беспредельщиков извели под корень, и этнических группировок почти не осталось. Знаешь, ради такого можно воровские сходки потерпеть. У моей матери во дворе в 94-м один урод вечером выходил по мусорным бакам из Калаша пострелять. Теперь такого нет."

"— Ладно! — потер виски Василич. — Допустим… А что за дикие слухи, что Хлыстов все свои деньги на благотворительность отдал?

— Ну, не все, — кивнул Месяцев, — но отдал порядочно. Он в конце 99-го продал какое-то неимоверное количество американских акций и угадал, а потом еще и против рынка поставил, и тоже угадал. Там как раз очередной биржевой пузырь лопнул. Он тогда заработал миллиарды долларов. Или даже десятки миллиардов, как говорят. Скандал был дикий. В Конгрессе США специальные слушания устраивали по его поводу. А что толку? У него ни имущества там, ни счетов. Он все через офшоры в Гонконг вывел, а у китайцев выдачи нет. Они как раз в тот же день Гонконг себе забрали. Конгрессмены покусали локти, повыли на луну, а потом выступили их коллеги и красиво обосновали, что человек заработал законно. А кто считает по-другому, тот коммунист, противник демократии и подрывает устои свободного мира. Ну, все и заткнулись.

— А зачем это конгрессменам? — неверяще посмотрел Василич.

— Да им бабкок занесли, — усмехнулся Месяцев. — То, что во всем мире называется коррупцией, в Америке называют лоббизмом. С этого даже налоги платят. Представляешь! Налоги со взяток!

— А потом? — жадно спросил Василич.

— А потом он создал благотворительный фонд, который назвал «В гробу карманов нет»…

— К-как? — Василич даже поперхнулся. — Что за название такое дурацкое?

— И в этот фонд передал акции Сибнефти и СНК, — продолжил как ни в чем не бывало Месяцев, — а объединенную нефтяную компанию назвал «Наша нефть». Там еще доли иностранных акционеров были, но они, как узнали, что прибыль на благотворительность пойдет, акции тому же фонду и продали. Хлыстов сказал, что недра по конституции принадлежат народу, а потом выкупил ТНК, Лукойл и Юкос, и туда же их акции передал.

— И они захотели продать? — подозрительно посмотрел на товарища Василич.