Барон ворчал, тряс ее, даже шлепал легонько по щекам, но она упорно хранила неподвижность. Утробный похабный смех нескольких мужчин, явившихся помочь, и их сальные шуточки только обозлили барона. Он приказал им убираться — сам как-нибудь справится."

"Нести обмякшее тело было нелегко, но барону совсем не хотелось подпускать этих мужланов к своей прекрасной добыче. Наконец они выбрались со склада на улицу. Чарити потихоньку взглянула из-под ресниц, чтобы сориентироваться, собрала все свое мужество, мышцы ее сами собой напряглись, сердце заколотилось как бешеное. Есть ли на этой улице хоть один живой человек, кроме похитителей? Она выждала еще мгновение, вознесла короткую молитву… И забилась в руках у Пинноу, молотя его кулаками и визжа. Барон чуть не выронил ее от испуга, она вывернулась и умудрилась нащупать ногами землю. Вырвавшись из его рук и истошным голосом призывая на помощь, она кинулась бежать. Но победа была недолгой: матросы, сопровождавшие барона, в два прыжка догнали ее, схватили за юбку, скрутили. Она отбивалась и кусалась и даже сумела издать еще один душераздирающий вопль, но тут ей заткнули рот грязным платком и веревкой прикрутили руки к телу.

Через несколько минут ее извивающееся мычащее тело снова несли по докам, потом по причалу, к кораблю. Она в ужасе забилась у них в руках, увидев над головой мачты, а внизу, под сходнями, воду. Рассудок ее кричал, что этого не может быть… ее план не мог не сработать! Но ее втащили как куль по узкому коридору, внесли в пустую грязную каюту и швырнули на койку.

От ярости Пинноу ее спасло появление капитана, который был вне себя от гнева. Немедленно началась перебранка, стали выяснять, кто виноват, капитан и барон орали друг на друга и никак не могли решить, обратил ли кто внимание на вопли пленницы. Наконец капитан потащил Пинноу на палубу. Чарити завертелась на койке и сумела ослабить не слишком тщательно затянутые веревки, а потом и освободиться от них. Вытащила грязный платок изо рта. Увы, она была надежно заперта в полутемной каморке-каюте с одним крошечным оконцем… в которое она, впрочем, могла и пролезть. Она поспешила встать на койке, раскрыть оконце и высунуться в него. Перед ней, всего-то метрах в двух-трех, были камни пустынной набережной. А внизу плескалась вода… черная, холодная. Рыдание вырвалось из ее груди: она смертельно боялась воды.

Перед самым рассветом к скромной таверне «Серая чайка» подкатила, грохоча колесами, карета. Из нее вылезли леди Маргарет и леди Кэтрин. Старухи объявили, что они не в силах сидеть дома, зная, в какой опасности Чарити, и лучше останутся в таверне, где несут бессонную вахту остальные. Но тут сквозь толпу пробился худющий парень, частенько подрабатывавший на одном из складов Рейна.