— Да как же…, — промямлил мельник, глядя на золото в кошеле. — Да это же… Тебе же купчую не дадут… Граф не позволит.

— А, насрать! — весело сказал странный парень. — Мои условия ты слышал. Полсотни солидов и место под новую мельницу. Материал для стройки и новый дом за это золото купишь. И вот еще что. На двести миль ты там один мельник будешь! По рукам?

— По рукам! — решительно сказал мельник. — А что это за место такое?

— А тебя отведу, я как раз туда еду! Сделка?

— Сделка! — решительно мотнул головой мельник. И проревел в сторону дома: — Берта! Собирай вещи! Кунигунда! Эльфрида! Да где эти бестолковые кобылицы? Мы отсюда уходим! Я мельницу продал!

На двор посыпались сыновья, дочери, невестки и их малолетние дети.

Никто ничего не понимал, никто не верил в чудо. Можно сбежать с деньгами от ожидавшей их страшной доли? Так чего тянуть? Все уже давно ощутили себя бесправными литами, которые должны кланяться всем, даже графской собаке. Хуже была только участь раба — серва.

Через час телеги были собраны, а на них сидели бабы, ребятишки, и было навалено немудреное имущество.

Полтора десятка человек, все семейство мельника Халло выжидательно смотрело на нового хозяина.

— А это еще не все! — смог тот удивить. — Идите-ка на мельницу и все нужные штуки там поснимайте. Мы их с собой увезем. Чтобы железного гвоздя там не осталось!"

"— Так мельница же молоть не сможет! — несмело сказал Халло. Сыновья поддержали его удивленным гулом.

— Мельница моя? — спросил парень. И сам себе ответил. — Моя! Значит, все, что там есть, тоже мое! И я тебе это дарю! Все это слышали!

Одуревшие от непонимания мужики пошли внутрь, и с затейными матюками на двух языках, минут за сорок вытащили из мельницы все, что представляло хоть малейшую ценность.

Они погрузили добро на телеги и вновь вопросительно посмотрели на чудака, который разорил дотла свое же собственное имущество. Его спутники, которые были похожи на купцов примерно также, как на преподавателей изящной словесности, окружили хозяина, и явно ждали какого-то приказа.

— Бранко, Мстиша, сжечь тут все! — резко сказал парень, моментально потеряв все обаяние, которое излучал еще минуту назад.

Наоборот, в его жестах появилась властность человека, привыкшего отдавать приказы. Те, не рассуждая, достали приготовленные заранее пучки соломы, и вскоре все немалое хозяйство, где еще час назад жила большая трудолюбивая семья, полыхало веселым пламенем.

— Красиво пятьдесят солидов потрачены! — с удовлетворением сказал парень, не обращая внимания на перекошенные от ужаса лица людей.

— Ой… мама! — промычал мельник, которого обуял страх.