У меня достаточно времени, чтобы рассказать вам все, что я хотела, прежде чем Марта подаст нам чай.

Рэнд кивнул и сел в кресло.

– История не такая уж длинная и сложная. Я расскажу лишь факты, а если вам что-нибудь будет не ясно, я коснусь этого особо.

Она помолчала.

– Я была гувернанткой Люси Донкастер. Внешне Розали очень похожа на нее, хотя по характеру они совершенно разные. Розали, несомненно, сильнее, она более проницательна и уверена в себе, чем ее мать. Люси была прелестной девушкой, и я очень любила ее. Однако до сих пор не пойму, почему она так привлекала к себе мужчин, может быть, своей беспомощностью… Очень многие влюблялись в нее, и особенно граф Ротерхэм. Он и Люси были помолвлены, и все, вероятно, закончилось бы хорошо, если бы не этот тщеславный красавец, совсем еще мальчишка, который поразил ее воображение.

– Бо Браммель, – мрачно произнес Рэнд.

– Да. Люси очень любила его, в то время как он был лишь очарован ею. Ей так и не удалось освободиться от этой любви. Я делала все возможное, чтобы помешать их встречам, но прошло время, и выяснилось, что Люси беременна от него. К несчастью, к тому времени Браммель уже совсем охладел к ней и влюбился в какую-то другую девушку, а потом – еще в одну, и еще, и еще… Люси чахла от тоски и говорила, что не хочет больше жить.

Родители ее не знали, что она ждет ребенка. Я же убедила их, что Люси необходимы перемена обстановки и новые впечатления и что ее состояние – лишь следствие чрезмерной нервозности, и мы поехали во Францию. Мои родственники вполне уважаемые люди, и Донкастеры не противились нашей поездке к ним.

– И вы действительно гостили у них?

– Да, мы жили у моих родителей, которые свято хранили тайну Люси. Но в тот момент мы хотели оставить ребенка у них, пока не найдется кто-нибудь, кто бы захотел удочерить девочку.

– Хороший план, – заметил Рэнд, с пониманием глядя на Эмилию.

– Поначалу я тоже так думала, – задумчиво произнесла она. – Но, как позднее выяснилось, я не только недооценила глубину чувства Люси к Браммелю, но также и силу страсти графа Ротерхэма. Он был просто в бешенстве из-за отсрочки их свадьбы с Люси. И совсем потерял голову от любви. Он разузнал, где мы находимся, и приехал во Францию. Однажды я отправилась на базар, а когда вернулась в дом своих родителей, то увидела там графа. Он не отходил от Люси, которая была уже на восьмом месяце беременности. Он говорил ей ужасные вещи, лорд Беркли, просто страшные для такого юного и хрупкого создания, и она рыдала от негодования и страха. Перед отъездом в Англию он сказал ей, что все еще ждет ее и готов жениться.