Ох и удружил мне родной батюшка – царь Кощей! Велел отправляться буквально туда, не знаю куда – и не возвращаться без жениха! А где я ему жениха возьму? Только и остается, что искать совета у мудрой лесной колдуньи… так, а ты еще кто такой? Что значит Яги нет – ты за нее?!

Ищу того, не знаю кого

– Батюшка-царь, – я уперла руки в бока, сверля отца взглядом. – Тебе головушку-то многомудрую не напекло, нет?

– Что батюшка, что батюшка? Я уж, между прочим, тыщу лет, как царь-батюшка! – Кощей Трипетович стянул со сверкающей лысины золотой венец и без всякого почтения отшвырнул его в сторону. – Отдохнуть хочу. Вот ты, Еленушка Кощеевна, по мирам мотаешься. Науки всякоразные постигаешь. Развлекаешься, как в голову взбредет. А я тут, понимаешь ли, чахну! Тыщу лет уж чахну! В общем, давай, душа моя. Принимай царство. Я, может, тоже хочу всякие эти… круизы. И чтоб под пальмами загорать!

Я скептически окинула родителя взглядом.

– Куда тебе загорать-то, батюшка? Ты ж и так сушеный.

– Никакого уважения, – пожаловался царь, обернувшись к моей матушке, и та часто-часто закивала. А потом со вздохом перевел взгляд на меня и ласково объявил, – Пороть тебя надо, Еленушка.

– Так поздно, батюшка, – не менее ласково откликнулась я.

– Учиться никогда не поздно! – наставительно откликнулся отец, подняв костлявый узловатый палец. А потом вкрадчиво добавил, – а можешь таки замуж выйти… а чего? Дела на мужа спихнешь, а сама живи как привыкла. Главное, наследника-то царству роди. Наследник-то царству Кощеевой крови нужен! Оно ж и дело-то нехитрое. Раз-два, родила – и гуляй себе дальше, сколько душеньке угодно! А?

Ну вот и ясно, для чего все затевалось. Старая песенка…

Вся беда в том, что одна я у батюшки, и других детей не будет. Вообще-то и не беда это никакая. Бессмертный же он у меня! Как правил тыщу лет, так и еще б тыщу лет правил. На кой ему наследники, спрашивается? А вот уперся. Вынь да положь ему наследника. Я-то и не против в наследство вступить. Но не прямо нынче же! Знаю, крестьянские девки к моим годам не только замуж выйти, а и нескольких детей родить успевают. Да я-то не крестьянская какая девка! Колдунья потомственная как-никак. И жизнь у меня будет долгая. И краса моя никуда не денется. Так к чему спешить зазря?

Сказала, однако же, о другом.

– Где я тебе жениха возьму, когда одна нежить с нечистью кругом?

Вообще-то, по справедливости говоря, в царстве нашем живут и люди, хоть и не так много. Просто наше царство – единственное, где у нежити да нечисти с ними равные гражданские права. И ответственность тоже! В общем, это значит, что, с одной стороны, никто на них просто так не охотится, с насиженных мест не гоняет и честно нажитое (или честно же уворованное) имущество не отнимает.