Розали беспомощно отдалась волне захвативших ее чувств, пока ее не пронзило тонкое дрожащее блаженство, а он ласкал ее, стараясь как можно дольше продлить восторг удовольствия.

Прошло довольно много времени, прежде чем Розали открыла глаза. Тело ее было отягчено приятной истомой, которая окутывала ее, как бархатная пелена.

Повернувшись, чтобы посмотреть на Рэнда, она прижалась лицом к его плечу, и он обнял ее… Спасительное объятие, милый рай, защищающий от всех напастей…

Розали проснулась после нескольких часов безмятежного сна. Зевая и потягиваясь, она устроилась поудобнее и обняла Рэнда.

– Уже утро, – сказал он, улыбаясь и всматриваясь в ее лицо с бледно-розовой кожей, с нежными, чуть припухшими от поцелуев губами и глазами, синими и глубокими, похожими на блики полночного неба… Розали сонно улыбнулась ему, и в глазах ее он заметил огонек какой-то тайны.

Казалось, она обдумывала некую заоблачную мысль, доставлявшую ей невероятную радость… И Рэнд тщетно пытался угадать, что же это могло быть.

Розали наклонилась и поцеловала его в грудь, там, где билось сердце.

– Рози, – начал было он со смехом, но улыбка его вмиг исчезла, когда она принялась ласкать и целовать его.

В одно мгновение желание Рэнда вновь проснулось с мучительной силой. Он закрыл глаза, чувствуя настойчивое, изводящее безумие плоти, бушующее в нем неуправляемым потоком и заставлявшее хотеть ее снова и снова. Повернувшись на бок, он придвинулся к Розали и обнял ее.

– Нет, – вдруг тихо сказала она.

Удивленный решимостью, прозвучавшей в ее голосе, Рэнд от неожиданности отпустил ее.

Какую игру затеяла она? Рэнд недоумевая и, прищурившись, смотрел на Розали.

Она чувствовала, как нарастает ее собственное желание, это было так необычно – ощущать сильное тело Рэнда, ласковыми кошачьими движениями заставлять его оставаться неподвижным. Кончиком языка Розали провела по его пересохшим губам и по-юношески маленьким соскам.

Рэнд шумно и прерывисто выдохнул, не в силах далее сдерживать себя.

– Я хочу тебя, – нетерпеливо проговорил он, но Розали снова уклонилась от его объятий.

Как же он великолепен, строен, прекрасно сложен! Каждая черта его преисполнена грации и мужественной силы…

Наклонившись, она поцеловала его упругий плоский живот, и волосы ее, струясь и лаская, шелковым потоком обрушились на него.

И тут Розали настигла то, к чему так страстно стремилась. При первом же влажном прикосновении ее губ Рэнд ощутил невыразимое блаженство.

Розали ласкала его плоть, а Рэнд стонал, закусив губы, чувствуя ее горячее, страстное дыхание…

Исчезло все, и только желание пульсировало и билось в нем с неистовой судорожной силой.