– Особенно таких знатных, как ты. После того как родится наследник, нет никакой гарантии, что ты не запрешь меня где-нибудь в глуши и забудешь о моем существовании. Я думала, что тебе станет скучно со мной от слишком спокойной жизни…"

"– Спокойная жизнь, – задумчиво произнес Рэнд. – Это как раз то, чего нам не хватает. У меня не было ни минуты покоя с тех пор, как я впервые увидел тебя. Мне трудно представить, что наша жизнь будет тихой, во всяком случае, пока нам не исполнится лет по семьдесят. – Он многозначительно посмотрел на нее. – Особенно если ты и дальше будешь ввязываться во все опасные авантюры, от которых я стараюсь оберегать тебя.

– Я верю тебе, Рэнд, – торопливо ответила Розали, стараясь успокоить его, – Да, я верю тебе и хочу всегда выполнять твои требования.

– Если только они будут совпадать с твоими желаниями? – с улыбкой спросил он.

– Но пойми, я не могла здесь больше оставаться! Ты и сам не стал бы сидеть сложа руки, зная, что я в опасности? Правда?

– Ты пытаешься сама все решать, когда наступает такой момент…

– Я.., я не могу по-другому, – согласилась Розали.

– А как насчет исключительных ситуаций? Когда я хочу, чтобы ты слушалась, не задавая вопросов?

Розали спокойно и уверенно посмотрела на него.

– Тогда я сделаю так, как ты хочешь. Но ты сам можешь ли ответить мне тем же? Если я попрошу тебя сделать что-нибудь, не задавая вопросов? Пойдешь ли ты на это?

– Конечно, любовь моя.

Итак, соглашение было достигнуто. Розали поняла, что Рэнд будет считаться с ней, верить ей, любить ее.

Не многие женщины могли бы похвастаться тем же, ведь их мужья не потерпели бы споров и дискуссий, которые были так привычны для них с Рэндом. Помолчав, Розали снова взглянула на него.

– Я всегда думала, что мужчина, за которого я выйду замуж, будет мне верен всегда и никогда не уйдет к другой женщине.

– Я знаю, что буду желать тебя до тех пор, пока все камни этого замка не рассыплются в прах! Ты предназначена для меня, и я не захочу никакой другой женщины.

Рэнд крепко обнял ее.

– Милая, мы, конечно, можем провести остаток ночи, обсуждая условия нашего брака, но так как для этого у нас еще целая жизнь впереди, у меня есть другое предложение…

Казалось, у нее начался легкий жар, когда Рэнд сильно прижал ее к себе. Тело ее стало сверхчувствительным и жадным к его самым нежным прикосновениям.

Ей хотелось освободиться от покровов легкого платья, ставшего преградой между ее кожей и руками Рэнда. Она хотела чувствовать его сильную обнаженную плоть, ничто на свете не могло быть прекраснее, чем различие между ними, между грубостью и мягкостью, агрессивностью и уступчивостью, силой и слабостью.

– Да, – ответила она, глядя в его удивительные глаза с неописуемым сочетанием оттенков. – Я согласна со всем, что бы ты ни сказал.