Мне совсем не хочется давать ему свой номер, а потом игнорить, придумывать отмазки. Все-таки, будет честно, если ему сразу сказать, что он меня не заинтересовал. Пусть найдет себе другую цель.

А вообще, от Димы я тоже поначалу отбивалась. Вспоминаю, как приходила в ужас только от одной мысли о новой встрече с ним.

Парень почувствовал, что я замешкалась.

– Или, может быть, ты задержишься еще на полчасика? Поболтаем, узнаем друг друга получше?

У Никиты широкий лоб и жидкая щетина. Одет в синюю толстовку, отчего его глаза кажутся еще более голубыми. В целом, он хорош собой. Но от него неприятно пахнет алкоголем. И, вообще, мне очень хочется домой.

– Прости, но… – только и успеваю сказать, как меня толкает кто-то из проходящих мимо ребят, и я выливаю половину стаканчика прямо на новое платье.

Чеееерт!!! Да как же так! Смотрю, как по атласной ткани расплывается темное пятно.

– Можно поаккуратнее как-то, а?! – кричит вслед ребятам блондин. – Саш, мне очень жаль. Там есть ванная. Если нужно, могу проводить.

Да уж, неплохо было бы попробовать сразу застирать. Или хотя бы вытереть влажными салфетками. Киваю Никите:

– Да, спасибо, кажется, это хорошая идея.

Он берет меня за руку и ведет за собой сквозь толпу. Вечеринка явно переросла из просто студенческой в сборище левых людей. Народу уже больше, чем у нас на курсе. Почти не вижу знакомых лиц.

У Никиты влажная теплая ладонь. Мне совсем не нравится, как он ко мне прикасается. Пробравшись сквозь переполненную комнату, отпускаю его руку и незаметно вытираю о платье. Он оборачивается:

– Почти пришли, – посылает ободряющую улыбку.

Ванная совсем небольшая. С раковиной и душевой кабинкой. Влажных салфеток тут нет, но я нахожу ватные диски. Включаю воду, начинаю тереть пятно.

Никита наблюдает за мной, прислонившись к стенке:

– Красивое платье! – разглядывает меня, держа руки в карманах.

Надо было закрыть за собой дверь. Его присутствие напрягает. А теперь, не выставлять же его. Но дверь ванной широко открыта, поэтому можно не переживать.

Ничего не отвечаю. Лишь слабо улыбаюсь. Но Никита не отступает:

– И ты. Красивая, – он протягивает руку и дотрагивается до моих волос.

Шарахаюсь от него. Смотрю офигевающе. Никита в ответ только улыбается:

– Ой, прости, не хотел напугать. Может быть, тебе помочь?

Что за придурок? Такая наглость мне совсем не нравится. Но он выглядит безобидно. И я списываю все на свою излишнюю настороженность. Дверь же в ванную открыта. Там полно людей. Все хорошо."

"– Не люблю, когда меня трогают посторонние, – объясняю свою реакцию. – И помогать мне не надо. Будет лучше, если ты подождешь снаружи.

Снова начинаю тереть пятно. Оно будто только сильнее въедается в ткань. Наверное, лучше просто забить и уйти отсюда поскорее.