Не могли бы вы рассказать мне о численности боеспособного населения в русской общине, об их вооружении и военном потенциале?

– Я гражданка США, шериф.

– Да, я в этом нисколько не сомневаюсь, мисс Собески. Но все же…"

"– Но все же, шериф, у меня есть права, гарантированные нашей конституцией. Я не обязана свидетельствовать против своего мужа.

Михаил повернулся и с изумлением уставился на Оливию.

– То есть вы хотите сказать, что этот человек… Майкл… является вашим мужем?

– Да, шериф. Это мой муж.

– Но я не прошу вас свидетельствовать против него, мэм.

– Вы просите меня предоставить информацию, которую не может, из соображений личных убеждений, предоставлять мужчина, которого я люблю и женой которого я являюсь. Если эту информацию предоставлю вам я, то тем самым я, пусть и косвенно, буду свидетельствовать против него. Американский закон на моей стороне. Я прошу вас больше не задавать мне таких вопросов.

– О-окей… – озадаченно выдохнул шериф и уставился на Антонио.

– Даже не думай, приятель! – засмеялся Квалья.

Недовольно причмокнув, Карл повернулся к Джонсону:

– Старею, Рон. Мне следовало допрашивать этих людей по отдельности.

– Так это, по-вашему, был допрос?! – воскликнул Михаил. – Я сам пришел к вам!

– Успокойтесь, – шериф выставил перед собой ладони. – Вы только что просили меня понять русских. Теперь и я прошу вас понять, в какой непростой ситуации я, да и все мы, оказались…

Договорить он не успел. Дверь распахнулась, и в нее вошел человек, который, судя по дыханию, сильно запыхался. Это был темноволосый бородач с кепкой на голове. Одной рукой он сжимал дробовик «Ремингтон», а в другой какой-то продолговатый цилиндрический предмет.

– Вот, Карл, полюбуйся! – воскликнул вошедший мужчина, демонстрируя цилиндр.

– Марк? Какого черта? – поморщился шериф.

– Это было у них в машине! Это сигнальная ракета! Они должны были передать сигнал к атаке своим! – вопил Марк.

Теперь Антонио понял, почему этот предмет показался ему знакомым. Это та самая сигнальная ракета, что дал ему Евгений Сапрыкин, дабы тот смог предупредить о возвращении медведицы.

– Моусли, что в словах «не трогать их машину и не подходить к ней» ты не понял, а? – строго спросил Джонсон.

– Что я не понял? Это ведь твоя работа! Это ты у нас за безопасность отвечаешь, не так ли?!

– Прекрати орать, – устало вздохнул шериф. – Проклятье, мне посчастливилось два дня не видеть и не слышать твоих истерик. И вот опять, Моусли.

– Они готовятся к атаке, Карл! А это – сигнальная ракета!

– А это шляпа, – кивнул Риггз на свой головной убор, лежащий на столе. – А это, – он показал на выход, – дверь. А это мой сапог, который будет у тебя в заднице, если ты сейчас же за эту дверь не выйдешь. Эй, Рон!

– Да, Карл?

– В одном прав Марк.