Это хорошо, потому что при большом скоплении народа Карл начинает нервничать, а нервный Карл — то ещё удовольствие, врагу не пожелаешь.

Перед поездкой, мы с Викингом оставили мотоциклы в вотчине Чёрных ангелов, потому что сегодня запланирована явно не безалкогольная вечеринка, а рисковать уже не хочется. С возрастом, каждый из нас стал осторожнее, некоторые даже шлемы научились надевать. Хоть в чём-то прожитые годы пошли на пользу.

Выгружаемся из личного здоровенного внедорожника Карла, и молчаливый водитель отгоняет автомобиль в соседний двор, подальше от случайных свидетелей. Викинг стремительной походкой направляется ко входу, распахивает дверь “Корсара”, за ним следует Карл, а я задерживаюсь на улице, вдыхая свежий воздух полной грудью. Всё-таки жизнь удивительно хороша, какие бы подлянки не подкидывала с закономерной периодичностью. Иногда ведь достаточно просто оглянуться по сторонам, чтобы заметить красоту, которой так много вокруг. Но иногда мы, уходя с головой в свои проблемы, видим лишь мрак, из которого так просто не выбраться, стоит ему запустить свои щупальца нам под кожу.

Пока любуюсь урбанистическими красотами, мимо проходят люди, и я улыбаюсь каждому, впрочем, без надежды на взаимность. Да и наплевать, потому что мы случайные пассажиры этого жизненного поезда, и очень скоро они забудут одноглазого бугая, виденного лишь раз. Давно я уже перестал заботиться, что обо мне думают окружающие, хоть зачастую это бравада, но мне так проще.

Захожу в помещение, светлое и просторное, с выкрашенными в цвет морской волны стенами, а девушка-администратор за стойкой у входа одаривает меня своей фирменной улыбкой, полностью лишённой теплоты и сердечности, но приятной. Мы частые гости сего заведения, и уже все настолько к нам привыкли, что даже не вздрагивают, завидев.

Здесь пахнет морем, нагретым на солнце деревом, летними закатами и забытыми мечтами о парусных регатах. Лишённый наполовину зрения, я очень остро ощущаю запахи.

Парни толкутся у стойки, смущают девушку одним своим видом, но она старается изо всех сил сохранять самообладание.

— Наша кабинка свободна? — спрашивает Викинг, распыляя в воздух бесконечное обаяние. Он редко бывает таким, но в последнее время всё чаще стал улыбаться, словно в жизни его что-то неуловимо изменилось, меняя его самого.

Администратор кивает, и мы проходим вглубь зала для курящих, где в самом дальнем углу можно спрятаться от посторонних глаз за резной деревянной ширмой. Такой себе островок покоя и свободы в океане бесконечной суеты.

— Нам как обычно, — говорит Викинг официанту, молодому парнишке с лежащей на глазу светлой чёлкой, на бейдже которого значится имя Игорь.