Я покосилась на завесу, лопатками чуя ее давление, и обратилась к ниру Байлоку.

— Как вы здесь оказа… Нет-нет, потом, сначала скажите, где Рей, почему он не приходит так долго, почему меня держат здесь уже целый месяц…

— Он не может, Клео. Он в Ленхарде, ищет нашего императора-идиота, в которого демоны вселились.

Нир Байлок промокнул батистовым платком выступивший на лбу пот, рука у него подрагивала от напряжения.

— Теофаса?

Лично мне Теофас не показался идиотом… Я помнила его вспыльчивым, непредсказуемым и очень — очень земным. Даже рядом со ставшим мне родным Рейнхардом, он казался к человеку ближе, чем к дракону. Я бы могла представить его зажигающим на студенческой вечеринке или юным, неправдоподобно-красивым мажором на гелендвагене. Он бы лихачил по ночному Питеру, а девчонки визжали ему вслед.

Слух, обостренный долгой тишиной, уловил звук шагов, после мягкое постукивание очередной завесы, нарастающий шум голосов.

— Сюда идут, — шепнула я.

Ноги меня подводили, голос тоже. За весь этот месяц я и сотни шагов сделала, отдавшись неспортивному образу жизни, да и разговаривала я только в первые дни. С бабочкой особо не поболтаешь.

— Вон они!

Очередная завеса открылась буквально в тупике коридора, в полусотне шагов от нас, и из нее выпрыгнуло около десятка стражей. В глянцевой форме, с проявленными признаками драконьей расы, они двигались слаженно и четко, как единый механизм.

— Не двигайтесь, вейра, — один из них выступил вперед, сканируя меня ледяным взглядом. — Не усугубляйте свое положение побегом, вернитесь в камеру.

Мягким щелчком он актвиривал завесу, и проход в проклятую камеру снова открылся. И я отчетливо поняла, что лучше умру, раздавленная этой чертовой завесой, чем снова зайду в темницу.

Стражи кинулись ко нам, но в эту секунду нир Байлок крутанул запястьем, и коридор заполнило вязким, как густая сметана, туманом.

— Если мы хотим выбраться, девочка, тебе придется немного помочь, — он усмехнулся мне знакомой волчьей усмешкой, но теперь я не боялась

— Но чем?

— Просто повторяй за мной…

Нир торопливо шептал слова на незнакомом певучем наречии, и я, не понимая ни единого слова, повторяла за ним.

Это был не стародраконий. Не наречие народов Сиба или Аяш, я впервые слышала этот странный язык, похожий на заклинание. Он ощущался легкой паутинкой, словно кто-то плел у меня в голове кружево. Но слова не смотря на заковыристость, казались мне простыми, поэтому я легко повторяла их за ниром с опозданием в полсекунды.

А когда туман рассеялся, сердце у меня замерло от ужаса. Охрана лежала на полу в дурацких позах, словно сон настиг их во время бега. Я невольно шагнула вперед. Не знаю, чем бы я могла помочь, но интуитивно мне хотелось привести их в чувство.