Еще немного и между мной и Виернароном будет стоять лишь Шшерсель и ее щит.

— Amaritudine damnum!

Он вновь уворачивается и искры вновь бессильно мерцают на полу. Они ждут сою жертву и, что самое главное в этом заклятье, ждать они могут долгие тысячи лет. Никто не в силах вытянуть магию. Никто.

А значит все правильно. А значит, надо продолжать.

На губах выступила кровь. А может и не выступила еще — но во рту железистый привкус уже появился.

Как появился и смысл в моих действиях — сейчас Виернарон левитировал жертв вверх. Значит, они нужны ему живыми. Значит, он рискнул потратить лишь одну жизнь, а остальные… Остальные ему нужны.

— Amaritudine damnum!

Мы с Шшерсель больше не можем перемещаться — пол усыпан фиолетовыми искрами.

— Еще одно заклятье и ты умрешь, — Виернарон смотрел прямо на нас.

А над ним парили жертвы. Жертвы, с ран которых продолжали срываться капли крови.

— Мне так и так не выжить, — я пожала плечами.

Мой щит осыпался полностью. Осыпался и впитался в рисунок, на котором стоял Виернарон.

— Ты — Ключ, — он оскалился, — твое предназначение открыть проход к Горнилу Душ.

— И ты правда думаешь, что я поверю, что после этого можно выжить? — усмехнулась я.

Шшерсель коснулась моей руки и едва слышно прошипела:

— Императрица может отдать остатки силы Шшерсель. Шшерсель удержит щит и жизнь Императрицы.

Или я могу еще раз призвать смертельные искры. Выжить самой или убить жреца? Самый правильный поступок — убить Виернарона. Разменять свою жизнь на безопасность целого мира.

Но я не могу.

— Я не могу, — вслух выдохнула я.

И, отпустив лапку Шшерсель, создала на руке лепесток чистой силы. Слабый, тонкий, едва родившийся и, уже, гаснущий.

Но ши-тари смахнула его не глядя и ничуть не сомневаясь.

— Шшерсель многое умеет, — прошипела змейка.

Я же без сил опустилась на пол.

— Императрица может опереться на Шшерсель. Шшерсель сильнее, чем выглядит.

И я привалилась к ее прохладному боку."

"Кажется, мы все оказались в очень глупой ситуации — никто ничего не может сделать.

Внезапно Виернарон хищно улыбнулся:

— Они откликнулись.

Тела, парящие под потолком, осветились мертвенно-синим светом. Осветились и распались на туманные жгуты.

А в следующее мгновение эти темные, отвратительные полосы втянулись в девять коленопреклоненных тел.

— Очередь за тобой, — оскалился Виернарон.

И нанес первый удар по скорлупе Шшерсель.

Моя змейка вздрогнула как от боли, гневно зашипела и я поняла — нет у нас нескольких часов. Есть лишь минуты.

Мне мало что известно о старых богах, о прежней религии, но… Но религия трех рас, объединенная религия, она требует добровольности. Четкой последовательности обращений, внятных и прямых формулировок.

Да, боги редко отвечают на молитвы, но они слышат их.