Представляешь заголовки: “Жена известного бизнесмена, мецената и владельца градообразующих предприятий Евгения Дмитриевского, уроженка глухой деревни Красный Хрен, в юности подрабатывала плечевой”. Прелесть же. Куда там сенсации, что моя жена целовалась с бывшим мужем на нашей свадьбе — так, ерунда, которую и не заметят в этом ворохе сплетен и подробностей.



— Ты не посмеешь, — отозвалась глухо, а с лица вся краска ушла.

— С чего ты это взяла? Ещё как посмею. Ты кем там, в интервью любишь представляться? Наследницей захудалого дворянского рода? Ну вот, народ должен знать в лицо своих кумиров.

— Арманд…

— Заткнись! — рявкнул я, снова хлопая кулаком по столу. — Просто заткнись. Поверь, это лишь вершина айсберга — то, что удалось нарыть за несколько часов, но этого хватит, чтобы полностью тебя уничтожить.

— Не надо, — всхлипнула, закрыв лицо руками.

Верил ли я этим слезам? Нет, но одно я знал точно: Снежана не дура, и сделает правильные выводы.

— Не буду, если сама заглохнешь. И объяснишь, какого хрена вы с Толиком от меня хотели. И от моей жены.

На этот раз Снежана не стала корчить из себя припадочную: снова хлебнула коньяка, набрала полную грудь воздуха и рассказала.

О да, за десять минут, что она без передышки выливала на меня подробности своей непутёвой жизни, я многое узнал.

Например, о том, что именно Толик перевёз её когда-то из деревни в город. О том, как подкладывал под разных мужиков, пока в их сети не попал Дмитриевский. А Женя… Женя ведь при всей своей матёрости просто влюбился так, как никогда до этого. И совершил ошибку: он поверил Снежане. И доверился Толику."

"Как часто доверие становится фатальным? Мы устаём сражаться, закрываться от мира глухой стеной, утомляемся строить баррикады между собой и Вселенной. И в такие моменты становимся наиболее уязвимыми.

Знал ли Женя о прошлом своей Снежаны? Уверен, что да. Имело ли это для него значение? Наверное, нет. Он просто влюбился. Всего лишь поверил, что прошлое можно стереть жёстким ластиком, а чужую жизнь переписать наново, стоит лишь захотеть.

Увы, не вышло. Мы все состоим из ошибок, грехов и надежды. Надежды, что всё ещё можно изменить. Увы, не всегда выходит, но надежда — самое живучее чувство.

— Когда я узнала о завещании, то поняла, что попытаться быть с тобой — самый лучший выход. Толик ведь давил на меня, всегда давил, требовал всё больше и больше благодарности. — Снежана шмыгнула носом, некрасиво скуксилась, а глаза от рыданий распухли. Жалкое зрелище. — Да и мне не хотелось оставаться на мели из-за дурости мужа.

— Но я женился, верно?

Кивнула, растирая макияж и слёзы по щекам.

— Откуда она вообще взялась? Где ты её нашёл? Мы так и не поняли, как ни пытались! Она просто хлоп и появилась, убогая и нищая.