И наёмники так уверенно и спокойно это сказали, будто ничего особенного. Ну, типа травят женщины друг друга, и что такого. Только именно это и было ненормальным. Травят друг друга только либо соперницы, либо такие же наёмницы. И вот совсем не верилось мне, что личная горничная графини Элен Монтеро могла быть ей соперницей на трон или сердце мужей. Или у меня уже мания?"

"— Так, погоди, — приподняла я кисти рук, чтобы не привлекать лишнего внимания. — Что значит странное? Ещё более странное?

— Да. Многие аристократы в срочном порядке ищут целителей, ибо простые лекари им уже не помогают. Ходят слухи, что болезнь какая появилась…

Он говорил всё это таким серьёзным тоном, что не стоило сомневаться, он и сам опасается сложившейся ситуации. Кому же хочется заболеть непонятно чем? Никому.

Зато мне, как назло, пришло в голову высказывание Богини: «Как ты поняла, раскол внутри аристократии. Они не послушались моей воли, нарушают брачные обеты, медленно разрушают мою страну, за что и будут наказаны». Все эти месяцы я думала над её словами, но так и не пришла к чему-то. Было неприятное ощущение, что на них нашлют какую-то гадость типа чумы или испанки, но…

— А есть какие-то точные данные? Ну, симптомы там или ещё что?

— Нет, — качал он головой, — только контакт с аристократией ограничили — конечно, неофициально. Кто ж среди этих лицемеров признает, что не всё можно купить…

— Магия же есть, — удивилась я.

— Магия тоже не всесильна. Так ещё и магов наших почти ничему не учат. Они лишь сохраняют силу для будущих поколений. Так говорит один мой знакомый, — кривился Хлыст.

— Они поступают в корне неверно, но не об этом сейчас, — прошептала я в ответ. — Что-то конкретное, кроме слухов и подозрений, есть?

— Целители ходят по домам аристократов. Раньше целитель приходил к ним максимум раз в три месяца, а сейчас каждую неделю. И каждый раз выходят не особо довольные, а это значит, что не смогли помочь.

— Почему? Может быть, мало заплатили?

— Вот ты наивная, — усмехнулся он, а потом опомнился: — Простите, миледи. Целители очень редки и о гонораре договариваются заранее. Если бы хоть кому-то из них заплатили меньшую сумму, они бы как минимум не вышли из дома, как максимум — вернули всё своё воздействие на больного, а может быть, и в большем объёме. Так что обманывать целителя никто в своём уме не станет.

— И что же это? — кусала я губы, всё больше приходя к выводу о том, что Богиня приложила к этому свою руку.

— Эпидемия. Некоторые уже начали прятаться от аристократов…

— А, — протянул Кабан, — последние новости обсуждаете? Так что происходит?

И смотрит почему-то на меня.

— Я понятия не имею.

— Так ты же слишком долго внедряешься в цели. Уж не сдружилась ли? — прищурился Кабан.

— Конечно, нет. Где я и где она, — хмыкнула я.