Ухватившись за край стола, Джеймс опустил голову, резкая гримаса исказила его черты.

Один раз, и она никогда не узнает, говорил он себе. В любом случае разве можно классифицировать это как супружескую измену, если другая сторона отказывается выполнять супружеские обязанности?

Тяжело вздохнув, Арчер отклонился от стола и выпрямился. Затем, усевшись в красное кресло, приготовился ждать появления мадам.

Карета замедлила движение и остановилась. Роуз Марлоу совсем не нужно было смотреть в окно, чтобы понять — она прибыла на место. Страх, который охватывал ее последние шестнадцать часов, словно тяжелый железный панцирь давил на каждый дюйм ее тела, каждый кусочек ее души. Плечи опустились, голова склонилась под его тяжестью. Такое знакомое чувство. Не важно, что она не в первый раз испытывала его. Но сейчас оно казалось еще более тягостным, чем всегда.

Наслаждаясь последними мгновениями одиночества, Роуз закрыла глаза. Отсутствие ритмичного стука копыт и шороха гравия под колесами казалось чуждым ее слуху, она бы предпочла, чтобы кучер продолжил путешествие и вернулся туда, откуда они приехали. Но мало ли чего хотелось ей и чего жаждала ее душа? Она не в силах изменить неизбежное."

"Вздох, который вобрал всю тяжесть безысходной ситуации, наполнил темное пространство кареты. Медленно повернув голову, Роуз посмотрела в окно. Маленький задний дворик был прост и лишен элегантности центрального входа. Сумерки уже давно сменились темнотой ночи. Луна висела высоко в ночном небе, ее холодный свет прорывался сквозь серую пелену облаков. И только из двух окон кухни шел теплый желтоватый свет, освещавший темную входную дверь. Плотные шторы закрывали другие окна, надежно скрывая то, что происходило за ними, тем самым обеспечивая конфиденциальность, которую требовали клиенты.

— Всего одна неделя, — сказала она, подбадривая себя, но эти тихие слова прозвучали неубедительно.

Семь ночей. Она делала это и прежде и делала много раз. И сделает это и теперь. Она уже давно превратила размышлять, может ли сделать это. И никогда не задавалась вопросом, хочет ли она этого. Зачем? Пустая трата времени. И каждый раз, когда арендованная карета останавливалась у дверей заведения мадам Рубикон, ей приходилось испытывать свою волю. Способна ли она выдержать очередную неделю, прежде чем снова вернется в свой тихий загородный дом в Бедфорде?!

Карету качнуло, когда кучер устроился на скамейке. Рессоры протестующе скрипнули, напоминая Роуз о ее миссии.

Сентиментальные размышления никогда не приводили к какому-то логическому концу, сколько ни думай, зато счета ее брата Дэшелла так и останутся неоплаченными, а они наверняка выросли со времени ее последнего визита в Лондон.