Однако Тристан знал, что больше денег и женщин ушлого ворюгу интересовали лишь драгоценные камни: искрящиеся бриллианты, лазурные алмазы и кровавые рубины.

– Я ж на это богатство смогу себе целый дом построить.

– Хозяин сказал, если выполнишь задание, он даст еще.

Корнелиус с жадностью голодного пса осмотрелся по сторонам, словно боялся, что на него набросятся и отберут драгоценности. Он просунул внутрь кривые костлявые пальцы и стал перебирать камушки. Потом затянул шнурки и отложил мешочек на стол.

– Нет, не могу.

Тристан закатил глаза. Корнелиус любил ломаться как девка, чтобы его умасливали.

– У хозяина в подчинении столько домушников, хоть свиней ими корми, но поручил он это дело именно тебе. Сказал, что ты король воров в Аталасе. Неужто решил поджать хвост из-за какого-то вельможи в дурацком парике?

Корнелиус выпятил грудь, нахохлившись так, что Тристан бы не удивился, появись у него за спиной павлиний хвост.

– Ладно, кроме меня точно никто не справится. Есть план?"

"Корнелиус уже хотел забрать со стола мешочек, но Тристан перехватил его:

– Оплата после выполнения задания.

А сейчас, как обычно, закуска, чтобы разжечь твой аппетит. – Он отсыпал в пустую кружку несколько блестящих камушков.

– Пес с тобой, – проворчал Корнелиус. – Обговорим все здесь или найдем более тихое место?

– Конечно, второе, старина. – Тристан отсалютовал бутылкой и сделал пару глотков, представляя, что пьет любимое арденийское вино, а не эти гадкие помои.

После обсуждения плана с Корнелиусом он вернулся в Изумрудный замок, не забыв смыть сурьму и переодеться в свою одежду. Этой ночью он собирался покинуть Аталас и отправиться по делам гильдии в соседний город.

Он заранее предупредил Артура, что вернется в Аталас в день Совета, а Стефану наврал, что хочет навестить тетушку по линии матери.

– Жаль, что ты покидаешь нас так скоро, – сказал Стефан ему за ужином, не замечая, как напряглась сидевшая рядом Адалина.

– Ко дню Совета я вернусь, и мы отпразднуем нашу общую победу вместе с моим старшим братом, – заверил Тристан, приподнимая бокал.

Стефан довольно улыбнулся.

– Обязательно!

Отужинав в компании короля и его фаворитки, которая была молчаливей, чем обычно, Тристан отправился к себе.

Он приказал подать экипаж через два часа, а сам принял горячую ванну, чтобы как следует расслабить мышцы перед долгой поездкой на жестком сиденье кареты. Когда он вышел из умывальной, для него уже подготовили выглаженную одежду и начищенные до блеска сапоги.

Не успел он полностью одеться, как окно резко распахнулось и в комнату пролезла Адалина. Тристан так и остался стоять с открытым ртом и расстегнутой рубашкой.