Ивану было нужно, чтобы он зашел туда, чтобы отрезать ему пути к отступлению. Он и зашел. Луч фонарика скользнул по полу, потом по стене, метнулся к окну, а затем к стоящему у него трюмо. На нем стоял вожделенный контейнер, отливая серебристым металлом.

Человек издал какое-то нечленораздельное, но радостное восклицание, шагнул в комнату и бросился к трюмо. Стоящий за дверью Корсаков сделал шаг вперед, захлопнул дверь в коридор и одномоментно нажал на выключатель. Яркий свет залил комнату, заставив преступника зажмуриться. Увидев Корсакова, он отшатнулся, споткнулся о стоящее под окном кресло и чуть не упал.

— Ай-яй-яй, что же ты так неаккуратно, — посетовал Иван. Его широкая улыбка напоминала звериный оскал. — Мы вроде с тобой сегодня не виделись, так что давай поздороваемся, хотя здоровья я тебе в общем-то не желаю. Привет, Рома.

Обретя равновесие и жалко нахохлившись, Ромка Новиков уныло и обреченно смотрел на него.

Глава тринадцатая

Те же и «мартын с балалайкой»

Поцелуй — это милый трюк, придуманный природой для того, чтобы остановить разговор, когда слова становятся лишними.

Ингрид БергманВернувшаяся с дежурства Лида как завороженная слушала рассказ Корсакова о его ночных приключениях. Новикова уже увезли, однако он успел поведать Ивану обо всем, что того интересовало.

Старому доктору Ромка приходился племянником — сыном двоюродной сестры. Сестра жила в Северодвинске, работала там медсестрой и с братом не виделась много лет. А вот Ромка, устраивающийся в рейсы дальнего плавания, но регулярно теряющий работу по причине несносного характера, периодически наведывался к дальнему родственнику, оставался у него жить и устраивался на работу в порт, благо руки были золотые.

На месте ему не сиделось, поэтому, разругавшись с коллегами и начальством, он снова уезжал в Архангельск и снова устраивался в очередной рейс, команда которого избавлялась от скандалиста и драчуна сразу же после того, как сходила на берег.

Несколько лет Новиков мотался между двумя городами, периодически наведываясь к матери. Именно в Северодвинске у него и зародилась великолепная комбинация, на которой можно было заработать. Его школьный приятель работал на заводе «Звездочка» и мог вынести хранящиеся там патроны с таллием.

Он сделал это довольно легко, через сослуживцев, с которыми ходил в плавание. За несколько лет связи у него накопились приличные, так что человека, готового купить оптовую партию таллия, он нашел быстро. Светиться сам Ромка не хотел. Не дурак же, понимал, что за такое по головке не погладят. Поэтому приятель, умыкнувший таллий, передал его курьером в город, где временно жил Ромка.