Понятно, что сейчас его проверяют на пригодность для работы в команде уже совсем иного уровня, и нужно сделать всё возможное и даже невозможное для того, чтобы с заданием справиться. Заместитель Фомина — это больше, чем то, на что он смел надеяться, гораздо больше!

– У моего близкого друга возникли определённые проблемы, – наконец-то вступила в разговор Юля, – и он хочет исчезнуть, начать новую жизнь в какой-нибудь прекрасной азиатской стране. Но для этого он должен умереть здесь, понимаете?

– Понимаю, но я же не киллер, – нервно улыбнулся Дима, растерянно пожав плечами, – чем же я могу быть полезен?

– Нужно просто найти человека, которого примут за него, – Юля хлопнула длинными ресницами и мило улыбнулась, – того, кого никто не станет искать.

– А как же отпечатки пальцев, прочее всё? – Дима читал детективы и помнил, что опознать труп — дело не сложное. Особенно если этот труп числится в базах данных соответствующих органов, а Юлин приятель почти наверняка там есть.

– Иногда после пожара не остаётся почти ничего, – с намёком произнесла Юля, пристально глядя на Диму, – опознать практически невозможно.

– А сам он этого всего организовать не может? Наверняка у него есть возможности? – Диме категорически не хотелось впутываться ни в какие криминальные истории, но если это цена его входного билета, то…

– Он должен быть вне подозрений, – она поправила и без того безупречную причёску, – и потом, чем меньше людей знает об этом, тем лучше.

– Но почему я? – невольно вырвалось у Димы, и он тут же пожалел об этом, так как Фомич взглянул на него слегка насмешливо, а это совсем не то, к чему молодой человек стремился. – Я имею в виду только то, что у меня мало опыта в подобных делах.

– Сделай это, и место моего заместителя твоё, – хозяин кабинета направился к шкафу, извлёк из него бутылку великолепного коньяка и три пузатых бокала, – что скажешь?

– Я справлюсь, – сглотнув вязкий ком, вставший в горле, решительно ответил Дима и, увидев одобрительный кивок Фомича, слегка расслабился. И правда: чего он так занервничал? Бомжей что ли мало в городе, который без них только чище станет? Это вообще можно будет рассматривать как благотворительность, вот. Мысль о том, что он — просто разменная монета в большой игре, всё же мелькнула на задворках сознания, но была безжалостно изгнана даже оттуда.