Он тоже опрокинул фиал кроветворного, а потом еще и восстанавливающего. Выглядели все так, словно только что совершили восхождение на Эверест. Измотанными, выжатыми, обессиленными, но довольными собой.

Зашедший в комнату будущий Темный Лорд с любопытством оглядывался по сторонам.

— Значит, вы все — мои самые верные соратники?

Северуса порадовало, что он не сказал «слуги».

— А ты не признаешь? — пробасил Долохов.

Том Реддл прищурился, вгляделся и округлил глаза:

— Тони?! Тони, но… Ты такой старый! И с бородой.

И Темный Лорд расхохотался. Звонко, по-мальчишечьи, ужасно заразительно.

На лицах бывших пожирателей медленно расплывались улыбки. Даже Северуса отпустило напряжение, он наконец-то поверил, что все самое страшное — позади. Что теперь все будет хорошо. И еще раз незаметно погладил то место на бедре, где больше не было метки.

В дом на площади Гриммо он вернулся ранним утром. Рита пила в будуаре чай с молоком. Северус подошел сзади и поцеловал ее в макушку, вдыхая тяжелый цветочный аромат, идущий от волос. Новый шампунь?

— Ты плохо выглядишь, — заметила Рита. — Что-то случилось?

— Много всего случилось, — признался Снейп, подтягивая к себе чайник.

Она тонко улыбнулась:

— Дамблдор достает? Гилдерой Локхард, наконец, добился своего? Умыкнул философский камень?

— Что? — остолбенел Снейп. — Ты знала? У тебя осведомители в Хогвардсе? Но кто?

Рита чуть сдвинулась, освобождая место на диване, и похлопала рядом с собой ладонью:

— Присядь. Пару недель назад я обедала с лордом Принцем в наследном мэноре. По случаю посмотрела старые колдографии. Ты в курсе, мой дорогой, что твой прадед Огастиус Септимий Принц учился на Рейвенкло?

— Откуда же мне было это знать? — недовольно буркнул Северус, опускаясь на упругую диванную подушку. — Я с дедушкой в мэнорах не обедаю! Сложно в детстве изучать родословную, не видя семейного гобелена. Я же в маггловских трущобах вырос. Не забыла?

Рита на его бурчание не обратила ни малейшего внимания.

— И хотя твой дед попал на Слизерин, Огастиус всегда питал нежные чувства к факультету воронов. Он даже учредил небольшой фонд для самого талантливого первокурсника-рейвенкловца, который на протяжении десятилетия лично вручал по итогам года. Сумма небольшая, всего сто галлеонов, но для ребенка, да еще и по тем временам, весьма солидная. Посмотри, пожалуйста, сюда, — Рита отставила чашку, отошла к антикварному буфету, достала что-то из ящика и протянула Северусу старинное колдофото: — Я выпросила его под честное слово, что обязательно верну.

— Что я, по-твоему, должен увидеть? — недовольно фыркнул тот, разглядывая угрюмого властного мужчину с фамильным крючковатым носом.