Юрист оторвал жопу от стула, встал, поднял чемодан, и положил на стол.

Нотариус достал из большого саквояжа машинку для подсчёта денег, и следующие пять минут мы провели под жужжание этого агрегата, который считал и проверял деньги на подлинность.

— Всё правильно, — кивнул он, захлопывая чемодан.

— Бумаги? — поинтересовался я.

Юрист протянул их, и Анна быстро пролистала, привычно пробегая глазами по общим моментам, и притормаживая на действительно важных местах.

— Всё в порядке, — сказала она. — Договор прост, как пять копеек. Обе стороны ставят подписи, и земли возвращаются к тебе.

— Можно ручку? — спросил я.

— Конечно-конечно! — подсуетился нотариус.

Я поставил подпись, и протянул графу. Тот взял ручку, но не торопился подписываться, как будто наслаждаясь моментом.

— Может, всё-таки тост? — спросил он.

— Да нет, спасибо ещё раз. У меня после вашего винтажного вина в прошлый раз ещё изжога не прошла, — снова улыбнулся я.

Граф быстро на меня взглянул, кивнул каким-то своим мыслям, и поставил подпись.

— Ну всё, поздравляю вас! — он протянул мне руку через стол.

Я секунду подумал, и пожал её.

— Возможно, мы будем добрыми соседями, а может, даже подружимся! — широко ухмыльнулся граф.

— Я такого насмотрелся в жизни, что даже это не кажется мне невероятным, — хмыкнул я.

Юрист протянул Анне комплект документов, подтверждающих право собственности. Она начала их листать.

— Я вас покину, — на секунду улыбнулся. — Руки помыть нужно.

Стоя в туалете, я через Шнырьку наблюдал за оставшимися. Граф Игнатов одну за другой опрокинул две рюмки, и жестами попросил юриста и нотариуса выйти. С ним остался лишь новый начальник гвардии, который стоял в углу, сложив руки на груди.

— Анна, как вы смотрите на то, чтобы поступить ко мне на службу? — вкрадчиво поинтересовался Игнатов.

Анна даже не подняла глаза, просто сказала.

— Строго отрицательно.

— Но вы даже не дослушали моё предложение! Я буду платить вам хорошие деньги. И ваши обязанности моего помощника, с которым, я уверен, вы свяжитесь, будут почти не выходить за грань приемлемого.

Тут уже Анна посмотрела на графа, и удивлённо вскинула бровь.

— Почти?

— Ну… — напыжился пьяный граф. — Так-то я мужчина видный. Возможно, иногда… Не слишком часто! — торопливо поправился он. — Мы сможем скрасить друг другу длинные вечера.

Шнырька показал лицо Анны крупным планом. Девушка прикусила губу. Мне кажется, её внутренне распирало от смеха, но она сдержала, ограничившись только.

— Спасибо, но нет.

И снова углубилась в документы

Уже не поднимая головы, продолжая изучать документы, она всё-таки не выдержала и сказала.