Дорога завершалась тупиком с кольцевым движением. В тупике, спрятанный от посторонних глаз, возвышался двухэтажный дворец с массивными каменными колоннами. Даже резьба на колоннах имела рисунок в виде сочетания маков и марены.

То ли тщеславие хозяев не знало границ, то ли проектировщики слишком буквально подошли к задаче отражения в интерьере и экстерьере здания гербов заказчиков.

Нас на входе встречали. Старенький сухонький иранец с длинной седой бородой сделал вокруг нас несколько пассов руками и удовлетворённо кивнул, пропуская внутрь дворца.

— Что это было? — спросил у толмача.

— Проверка на наличие атакующих артефактов, — пожал тот плечами, будто говорил о чём-то само собой разумеющемся. — Гости должны чувствовать себя в безопасности.

— Почему меня не предупредили?

— Даже при наличии таковых артефактов их изымают, а затем возвращают владельцу, стоит тому возжелать покинуть гостеприимных хозяев, — терпеливо пояснял переводчик местные правила хорошего тона. — Если кто-то из гостей причинит вред другому с помощью артефакта, то хозяева обязуются покрыть любые расходы.

Правда, если тоже самое сделают с помощью личной магии, то здесь Маковы и Мареновы ответственности не несут, ведь на защитные артефакты запрета нет.

— А удобно устроились, — прокомментировала Агафья, — если сдохнешь от удара магии по темечку — сам дурак, естественный отбор в действии.

Я хмыкнул, признавая её правоту. Себя мы защитными артефактами обвешали не хуже, чем при походе на аудиенцию к императору. Вот только серьга Винограда, да и моя магия имели одинаковый потенциал, что в защите, что в нападении, но знать кому-либо об этом не положено.

Охрана осталась на входе во дворец. Мы поднялись по широким каменным ступеням и оказались внутри восточной сказки: величественные колонны, увенчанные золотыми фигурами, зелёные пальмы в огромных кадках, вьющиеся под потолком лианы, журчащие фонтаны на огромной площади, переполненной людьми и гомоном.

Мы гуляли, пили игристые вина и рассматривали собравшийся аристократический бомонд. В праздношатающейся толпе будущих покупателей прекрасно различались представители далеких скандинавских стран, чопорные англичане, крикливые иранцы, хмурые имперцы и улыбчивые африканцы в баснословно дорогих шкурах тварей изнанки.

"Разные залы были посвящены разным тематикам аукционов, принимая заявки от всех желающих принять участие в торгах. Продавали предметы искусства, уникальные ингредиенты, редких зверушек, на глаза попался даже набор из пяти зелий молодости, которые поставляет Мангустов.