Приказ пришлось повторить, потому что воины ждали от меня чего-то большего или, по крайней мере, продолжительного. Они недоуменно загомонили, покидая площадь.

— Бояре припрятали лучшее оружие и броню, не захотели тебе показывать, — виноватым тоном произнес воевода Увар Нездинич, когда мы не спеша поскакали на княжеский двор.

— Да какая разница, — спокойно произнес я. — Ты бы положился на них в бою, как на себя самого?

— Смотря на кого… — пробурчал он.

— Вот-вот, — молвил я. — Такая дружина мне не нужна.

— Другой нет, — сообщил воевода Увар."

"— Будет, — уверенно произнес я.

 — Завтра поплыву в Чернигов, останешься за меня.

Пора возвращать домой дружинников, которых дал мне в помощь князь Черниговский. Содержать их было тяжковато. Они привыкли к обильному столу своего князя, а у меня не те финансовые возможности.

— Мстислав Святославич не поможет, просили уже в прошлом году, — предупредил воевода.

— А я ничего просить не собираюсь, — сказал я. — Разве что медовухи пару бочек.

Воевода Увар Нездинич гмыкнул раздраженно, но ничего больше не сказал.

6

Мстислав Святославич встретил меня без особой радости.

Наверное, ждал, что буду просить у него воинов. Я не попросил. Попировал с ним в первый день, на второй разослал в бедные слободы глашатаем с сообщением, что нанимаю крепких молодых мужчин в дружину. Ни их навыки, ни боевой опыт, ни прошлое меня не интересовали. Будут служить верно — будут жить достойно. В первый день пришло несколько человек, поодиночке и парами. Поспрашивали, что к чему, посмотрели на меня и ушли. Я уже подумал, что придется в Киев плыть за добровольцами и обещать что-нибудь поконкретнее, но на второй день «записались» восемь человек, на третий — два десятка, а еще через три дня закончил набор, сформировав роту из четырех взводов по тридцать человек в каждом. Часть отсеется по разным причинам, останется около сотни. Отвез их в Путивль на ладьях Мстислава Святославича. Князь Черниговский сам их предложил.

— Дружину набираешь? — спросил он, узнав, чем я занимаюсь.

— Да, — ответил я.

— Ее долго обучать надо будет, — предупредил князь Мстислав.

— Придется, — согласился я. — Обученную ведь никто не даст.

— Тоже верно, — не стал спорить он и предложил: — У меня в подклетах много старого оружия, мне оно не нужно.

— Не откажусь, — сказал я. — Особенно, если отвезешь его в Путивль вместе с набранными мною людьми.

— Ну, это запросто! — повеселевшим голосом произнес князь Черниговский.

Человек он был добрый, понимал, в какую ситуацию я попал, но и свой интерес обязан был блюсти. Из-за этого возник у него конфликт между совестью и рассудком. Отдав то, что ему не шибко надо, и, оказав таким образом помощь, Мстислав Святославич разрешил этот конфликт.