— А чего там отбиваться?! — обреченно машет рукой воевода. — Пересидим за стенами, пока половцы не уйдут. Они города брать на копье не мастера.

— Сколько и какого войска у нас? — задаю я самый важный вопрос.

— В городской страже шесть десятков пеших и три десятка конных, да бояре приведут еще с сотню, в основном пеших, да ополчение можно набрать из горожан сотни две, только вояки они никудышные, — рассказал воевода Увар. — Кольчужная броня человек у двадцати имеется, у остальных кожаная или тегиляи.

Тегиляй — это стеганка, набитая паклей. Иногда к ней сверху крепят металлические пластины или куски кольчуги на плечах, груди и животе.

Без пластин спасает от стрелы на излете и слабого удара саблей или копьем.

— Лучников много? — спросил я.

— Два десятка пеших, ну, и конные все, — ответил он.

— Монастыри выставляют войско? — поинтересовался я напоследок.

— Нет, — с легкой злостью произнес воевода. — Они только себя защищают."

"— Собери завтра всю городскую стражу и боярские отряды, — приказал я. — Хочу посмотреть их.

— До завтра бояре не успеют, — сообщил он.

— Тогда послезавтра, — сказал я, — а кто не успеет, тот пусть обижается на себя.

— Как скажешь, — молвил Увар Нездинич без энтузиазма.

Видимо, предыдущие князья и посадники отбили у него не только веру в воинские таланты командиров, но и желание спорить, отстаивать свою точку зрения.

Два дня я с ключником Онуфрием занимался изучением экономической составляющей моей власти в Путивльском княжестве. Была она не ахти. Князю Путивльскому на кормление дано пять деревень, все на левом, степном берегу Сейма. Три деревни половцы извели полностью грабежами, а две, которые находятся ближе к городу, дышали на ладан.

Небольшой доход шел от налогов с горожан и торговых сборов. Этого едва хватало, чтобы содержать дворню и городскую стражу. Из-за устроенных мною поминок придется задержать выплаты стражникам. Получали они продуктами. Как заверил ключник, ропота не должно быть. Поминки — дело святое, а задержки — дело обычное.

В кладовых лежало полсотни копий, десятка три мечей и сабель плохого качества, ржавые булавы, топоры и клевцы — легкие молоты, боевая часть которых выполнена в форме узкого и отогнутого книзу острия, клюва, способного пробить любой доспех, но и застрять в нем.

Из полусотни щитов две трети были большие, миндалевидной формы, а остальные маленькие и круглые, для легкой кавалерии. Чего было много, так это стрел, причем новых. Десятка два шлемов были с наносниками, но без наушников и какой-либо зашиты затылка. Видимо, надеялись на высокие стоячие воротники тегиляев. Еще имелись лежавшие отдельно, как самые ценные вещи, десять ржавых коротких кольчуг с прорехами.

— Почему не починили? — поинтересовался я.